Айвазовский в цифрах: самая маленькая картина, самые большие успехи, самая лучшая вода. Смотреть картины айвазовский


Как Айвазовский создавал свои картины и как правильно смотреть

Как Айвазовский создавал свои картины и как правильно смотреть, чтобы насладиться его шедеврами в полной мере

Очень ценная статья и для зрителя, и для профессионального художника.

За счет чего море Айвазовского такое живое, дышащее и прозрачное? Что является осью любой его картины? Куда нам смотреть, чтобы насладиться его шедеврами в полной мере? Как он писал: долго ли, коротко ли, радостно или мучительно? И какое отношение к Айвазовскому имеет импрессионизм?

Конечно, Иван Константинович Айвазовский родился гением. Но было еще ремесло, которым он владел блестяще и в тонкостях которого хочется разобраться. Итак, из чего же рождались и лунные дорожки Айвазовского?

Как Айвазовский создавал свои картины и как правильно смотреть, чтобы насладиться его шедеврами в полной мере

Иван Константинович Айвазовский. Буря у скалистых берегов.

«Секретные краски», волна Айвазовского, лессировка

Иван Крамской писал Павлу Третьякову: «Айвазовский, вероятно, обладает секретом составления красок, и даже краски сами секретные; таких ярких и чистых тонов я не видел даже на полках москательных лавок». Некоторые секреты Айвазовского дошли до нас, хотя главный вовсе не тайна: чтобы так писать море, нужно родиться у моря, прожить подле него долгую жизнь, за которую так и не пресытиться им.

Знаменитая «волна Айвазовского» представляет собой вспенившуюся, почти прозрачную морскую волну, по ощущениям — движущуюся, стремительную, живую. Прозрачности художник достигал, используя технику лессировки, то есть нанося тончайшие слои краски друг на друга. Айвазовский предпочитал масло, но нередко его волны кажутся акварельными. Именно в результате лессировки изображение приобретает эту прозрачность, причем цвета кажутся очень насыщенными, но не за счет плотности мазка, а за счет особой глубины и тонкости. Виртуозная лессировка в исполнении Айвазовского — отрада для коллекционеров: большинство его картин в прекрасном состоянии — тончайшие красочные слои меньше подвержены растрескиванию.

Писал Айвазовский стремительно, часто создавал работы за один сеанс, поэтому у его техники лессировки были авторские нюансы. Вот что пишет об этом Николай Барсамов, многолетний директор Феодосийской картинной галереи и крупнейший знаток творчества Айвазовского: «…воду он иногда лессировал по полусухому подмалевку. Часто художник лессировал волны у их основания, чем придавал глубину и силу красочному тону и достигал эффекта прозрачной волны. Иногда лессировками утемнялись значительные плоскости картины. Но лессировка в не была обязательным последним этапом работы, как это было у старых мастеров при трехслойном методе живописи. Вся живопись у него в основном проводилась в один прием, и лессировка часто применялась им как один из способов наложения красочного слоя на белый грунт при начале работы, а не только как завершающие прописки в конце работы. Лессировкой художник иногда пользовался на первом этапе работы, покрывая полупрозрачным слоем краски значительные плоскости картины и используя при этом белый грунт холста как светящуюся подкладку. Так иногда писал он воду. Умело распределяя красочный слой различной плотности по холсту, Айвазовский достигал правдивой передачи прозрачности воды».

К лессировкам Айвазовский обращался не только при работе над волнами и облаками, с их помощью он умел вдохнуть жизнь и в сушу. «Землю и камни Айвазовский писал грубыми щетинистыми кистями. Возможно, что он их специально подрезывал, чтобы жесткие концы щетины оставляли борозды на красочном слое, — рассказывает искусствовед Барсамов. — Краска в этих местах обычно положена плотным слоем. Как правило, Айвазовский почти всегда лессировал землю. Лессировочный (более темный) тон, попадая в борозды от щетины, придавал своеобразную живость красочному слою и большую реальность изображенной форме».

Что же до вопроса «откуда краски?», известно, что в последние годы он покупал краски берлинской фирмы «Mеwes». Все просто. Но имеется еще и легенда: будто бы Айвазовский покупал краски у Тёрнера. На этот счет можно сказать только одно: теоретически это возможно, но даже если так — Айвазовский точно не написал тёрнеровскими красками все 6 000 своих работ. И ту картину, которой впечатленный Тёрнер посвятил стихотворение, Айвазовский создал еще до знакомства с великим британским маринистом.

Как Айвазовский создавал свои картины и как правильно смотреть, чтобы насладиться его шедеврами в полной мере

Иван Константинович Айвазовский. Неаполитанский залив в лунную ночь.

«На картине твоей вижу луну с ее золотом и серебром, стоящую над морем, в нем отражающуюся. Поверхность моря, на которую легкий ветерок нагоняет трепетную зыбь, кажется полем искорок. Прости мне, великий художник, если я ошибся, приняв картину за действительность, но работа твоя очаровала меня, и восторг овладел мною. Искусство твое вечно и могущественно, потому что тебя вдохновляет гений», — стихотворения Уильяма Тёрнера о картине Айвазовского «Неаполитанский залив в лунную ночь».

Как Айвазовский создавал свои картины и как правильно смотреть, чтобы насладиться его шедеврами в полной мере

Иван Константинович Айвазовский. Среди волн.

Главное – начать, или В темпе Айвазовского

Айвазовский всегда начинал работу с изображения неба, причем писал его в один приём — это могли быть и 10 минут, и 6 часов. Свет в небе он рисовал не боковой поверхностью кисти, а ее торцом, то есть «освещал» небо многочисленными быстрыми прикосновениями кисти. Небо готово — можно отдохнуть, отвлечься (впрочем, такое он позволял себе только с картинами, на которые уходило достаточно много времени). Море же мог писать и в несколько заходов.

Долго работать над картиной в представлении Ивана Айвазовского — это, к примеру, писать одно полотно 10 дней. Именно столько понадобилось художнику, которому на тот момент исполнился 81 год, чтобы создать свою самую большую картину — «Среди волн». При этом, по его признанию, вся его жизнь была подготовкой к этой картине. То есть работа потребовала максимум усилий от художника — и целых десять дней. А ведь в истории искусства не редкость случаи, когда картины писались по двадцать и более лет (например, Федор Бруни писал своего «Медного змия» 14 лет, начал в 1827-м, а закончил в 1841-м).

В Италии Айвазовский в определенный период сошелся с Александром Ивановым, тем самым, который писал  20 лет, с 1837-го по 1857-й. Они даже пытались вместе работать, но довольно скоро повздорили. Иванов мог месяцами трудиться над этюдом, пытаясь добиться особой точности тополиного листочка, Айвазовский же успевал за это время исходить все окрестности и написать несколько картин: «Писать тихо, корпеть месяцы не могу. Не отхожу от картины, пока не выскажусь». Столь разные таланты, разные способы творить — каторжный труд и радостное любование жизнью — не могли долго держаться рядом.

Как Айвазовский создавал свои картины и как правильно смотреть, чтобы насладиться его шедеврами в полной мере

Иван Айвазовский рядом со своей картиной, фотография 1898 года.

Как Айвазовский создавал свои картины и как правильно смотреть, чтобы насладиться его шедеврами в полной мере

Айвазовский у мольберта.

«Обстановка мастерской отличалась исключительной простотой. Перед мольбертом стоял простой стул с плетеным камышовым сиденьем, спинка которого была залеплена довольно толстым слоем краски, так как Айвазовский имел привычку закидывать руку с кистью за спинку стула и, сидя в пол-оборота к картине, оглядывать ее», — из воспоминаний Константина Арцеулова, этот внук Айвазовского тоже стал художником.

Творчество как радость

Муза Айвазовского (извините нам эту высокопарность) — радостна, а не мучительна. «По легкости, видимой непринужденности движения руки, по довольному выражению лица, можно было смело сказать, что такой труд — истинное наслаждение», — это впечатления чиновника Министерства императорского двора, литератора Василия Кривенко, наблюдавшего за тем, как Айвазовский работает.

Айвазовский, безусловно, видел, что для многих художников их дар — то ли благословенье, то ли проклятье, иные картины пишутся едва ли не кровью, истощая и выматывая своего создателя. Для него же подходить с кистью к холсту всегда было самой большой радостью и счастьем, он обретал особую легкость и всемогущество в своей мастерской. При этом Айвазовский внимательно прислушивался к дельным советам, не отмахивался от замечаний людей, которых ценил и уважал. Хотя не настолько, чтобы поверить, что легкость его кисти есть недостаток.

Пленэр VS мастерская

О важности работы с натурой в те годы не твердил только ленивый. Айвазовский же предпочитал с натуры делать мимолетные наброски, а писать в мастерской. «Предпочитал», пожалуй, не совсем то слово, дело не в удобстве, это был его принципиальный выбор. Он считал, что невозможно изобразить с натуры движение стихий, дыхание моря, раскаты грома и сверкание молнии — а именно это его интересовало. Айвазовский обладал феноменальной памятью и своей задачей «на натуре» считал впитывать происходящее. Ощущать и запоминать, для того чтобы, вернувшись в мастерскую, выплеснуть эти ощущения на холст — вот зачем нужна натура. При этом Айвазовский был великолепным копировальщиком. Во время обучения у Максима Воробьева он продемонстрировал это свое умение в полной мере. Но копирование — хоть чьих-то картин, хоть природы — представлялось ему куда меньшим, чем он способен сделать.

Как Айвазовский создавал свои картины и как правильно смотреть, чтобы насладиться его шедеврами в полной мере

Иван Константинович Айвазовский. Бухта Амальфи в 1842 году. Набросок. 1880-е

Как Айвазовский создавал свои картины и как правильно смотреть, чтобы насладиться его шедеврами в полной мере

Иван Константинович Айвазовский. Побережье в Амальфи.

О стремительной работе Айвазовского и о том, что представляли из себя его наброски с натуры, оставил подробные воспоминания художник Илья Остроухов:

«С манерой выполненияпокойным знаменитым художником-маринистом Айвазовским мне пришлось случайно ознакомиться в 1889 году, во время одной из моих заграничных поездок, в Биаррице. Приблизительно в одно и то же время, в какое я прибыл в Биарриц, приехал туда и Айвазовский. Почтенному художнику было уже тогда, как помнится, лет этак за семьдесят… Узнав, что я хорошо знаком с топографией местности, [он] тотчас же потянул меня на прогулку по океанскому берегу. День был бурный, и Айвазовский, очарованный видом океанского прибоя волн, остановился на пляже…

Не спуская глаз с океана и ландшафта далеких гор, он медленным движением достал свою крохотную записную книжку и нарисовал всего лишь три линии карандашом — очертание далеких гор, линию океана у подошвы этих гор и линию берега от себя. Потом мы пошли с ним дальше. Пройдя около версты, он снова остановился и сделал такой же рисунок из нескольких линий в другом направлении.

— День пасмурный сегодня, — сказал Айвазовский, — и вы мне, пожалуйста, скажите только, где у вас здесь восходит и заходит солнце.

Я указал. Айвазовский поставил в книжке несколько точек и спрятал книжку в карман.

— Теперь пойдемте. Для меня этого достаточно. Завтра я нарисую океанский прибой в Биаррице.

На другой день действительно были написаны три эффектные картины морского прибоя: в Биаррице: утром, в полдень и при закате солнца…»

Как Айвазовский создавал свои картины и как правильно смотреть, чтобы насладиться его шедеврами в полной мере

Иван Константинович Айвазовский. Биарриц. 1889

Солнце Айвазовского, или При чем тут импрессионизм

Армянский художник Мартирос Сарьян заметил, что какую бы грандиозную бурю Айвазовский ни изображал, в верхней части холста всегда сквозь скопление грозовых туч будет пробиваться луч света — иногда явственный, иногда тонкий и едва заметный: «Именно в нем, этом Свете, и заключен смысл всех изображенных Айвазовским бурь».

Как Айвазовский создавал свои картины и как правильно смотреть, чтобы насладиться его шедеврами в полной мере

Иван Константинович Айвазовский. Буря на Северном море.

Как Айвазовский создавал свои картины и как правильно смотреть, чтобы насладиться его шедеврами в полной мере

Иван Константинович Айвазовский. Лунная ночь. 1849

Как Айвазовский создавал свои картины и как правильно смотреть, чтобы насладиться его шедеврами в полной мере

Иван Константинович Айвазовский. Неаполитанский залив в лунную ночь. 1892

Как Айвазовский создавал свои картины и как правильно смотреть, чтобы насладиться его шедеврами в полной мере

Иван Константинович Айвазовский. Корабль «Императрица Мария» во время шторма. 1892

Как Айвазовский создавал свои картины и как правильно смотреть, чтобы насладиться его шедеврами в полной мере

Иван Константинович Айвазовский. Лунная ночь на Капри. 1841

Если это солнце, то оно осветит самую черную бурю, если лунная дорожка, то заполнит своим мерцанием все полотно. Мы не собираемся называть Айвазовского ни импрессионистом, ни предтечей импрессионизма. Но процитируем слова мецената Алексея Томилова — он критикует картины Айвазовского: «Фигуры пожертвованы до такой степени, что не распознать: на первом плане мужчины это или женщины (…) красуется воздух и вода». Об импрессионистах мы говорим, что главные герои их картин: цвет и свет, одна из основных задач — передача световоздушной массы. В работах Айвазовского на первом месте — свет, и да, совершенно верно, воздух и вода (в его случае это о небе и море). Всё прочее выстраивается вокруг этого главного.

Он стремится не просто правдоподобно изобразить, но передать ощущения: солнце должно сиять так, чтобы хотелось зажмуриться, от ветра зритель съёжится, от волны отпрянет в испуге. Последнее, в частности, проделал Репин, когда Айвазовский внезапно распахнул перед ним дверь комнаты, за которой вставал его «Девятый вал».

Как Айвазовский создавал свои картины и как правильно смотреть, чтобы насладиться его шедеврами в полной мере

Иван Константинович Айвазовский. Девятый вал.

Как смотреть на картины Айвазовского

Художник дал совершенно однозначные рекомендации: следует искать на холсте самую яркую точку, источник света, и, пристально всмотревшись в нее, скользить взглядом по холсту. К примеру, когда его упрекали, что «Лунная ночь» не закончена, от утверждал, что если зритель «обратит главное внимание на луну и постепенно, придерживаясь интересной точки картины, взглянет на прочие части картины мимоходом, и сверх этого, не забывая, что это ночь, которая нас лишает всяких рефлексий, то подобный зритель найдет, что эта картина более окончена, нежели как следует».

Как Айвазовский создавал свои картины и как правильно смотреть, чтобы насладиться его шедеврами в полной мере

Иван Константинович Айвазовский. Лунная ночь в Крыму. Гурзуф, 1839, 101×136.5 см.

Константин Айвазовский не из тех художников, которые теряют вдохновение в процессе и бросают работы неокончеными. Но однажды такое случилось и с ним — он не дописал полотно «Взрыв корабля» (1900). Помешала смерть. Эта неоконченная работа особенно ценна для исследователей его творчества. Она позволяет понять, что художник считал главным на картине, с проработки каких элементов начинал работу. Мы видим, что Айвазовский начал с корабля и пламени взрыва — того, что возьмет зрителя за душу. А детали, по которым зритель будет просто скользить глазами, художник оставил на потом.

Как Айвазовский создавал свои картины и как правильно смотреть, чтобы насладиться его шедеврами в полной мере

Иван Константинович Айвазовский. Взрыв корабля. 1900

Как Айвазовский создавал свои картины и как правильно смотреть, чтобы насладиться его шедеврами в полной мере

Иван Константинович Айвазовский. Лазоревый грот. Неаполь. 1841

Современного зрителя порой обескураживает интенсивный колорит полотен Айвазовского, его яркие, бескомпромиссные краски. Этому есть объяснение. И это вовсе не дурной вкус художника.

Как Айвазовский создавал свои картины и как правильно смотреть, чтобы насладиться его шедеврами в полной мере

 (Эрмитаж).

Сегодня на марины Айвазовского мы смотрим в музеях. Часто это провинциальные галереи, с обветшалым интерьером и без специального освещения, которое заменяется просто светом из окна. Но при жизни Айвазовского его картины висели в богатых гостиных и даже во дворцах. Под лепными потолками, на оклеенных роскошными шпалерами стенах, в свете люстр и канделябров. Вполне возможно, художник заботился о том, чтобы его картины не потерялись на фоне пестрых ковров и мебели с позолотой.

Знатоки говорят, что ночные пейзажи Айвазовского, которые нередко выглядят простовато при скудном естественном освещении или под редкими лампами, оживают, становятся таинственными и благородными, какими их задумывал художник, если смотреть на них при свечах. Особенно те картины, которые Айвазовский при свечах и писал.Оригинал взят у slavikap в Как Айвазовский создавал свои картины и как правильно смотреть, чтобы насладиться ими

источник

dobriydoktor.livejournal.com

Как Айвазовский создавал свои картины и как правильно смотреть

Как Айвазовский создавал свои картины и как правильно смотреть, чтобы насладиться его шедеврами в полной мере

Очень ценная статья и для зрителя, и для профессионального художника.

За счет чего море Айвазовского такое живое, дышащее и прозрачное? Что является осью любой его картины? Куда нам смотреть, чтобы насладиться его шедеврами в полной мере? Как он писал: долго ли, коротко ли, радостно или мучительно? И какое отношение к Айвазовскому имеет импрессионизм?

Конечно, Иван Константинович Айвазовский родился гением. Но было еще ремесло, которым он владел блестяще и в тонкостях которого хочется разобраться. Итак, из чего же рождались и лунные дорожки Айвазовского?

Как Айвазовский создавал свои картины и как правильно смотреть, чтобы насладиться его шедеврами в полной мере

Иван Константинович Айвазовский. Буря у скалистых берегов.

«Секретные краски», волна Айвазовского, лессировка

Иван Крамской писал Павлу Третьякову: «Айвазовский, вероятно, обладает секретом составления красок, и даже краски сами секретные; таких ярких и чистых тонов я не видел даже на полках москательных лавок». Некоторые секреты Айвазовского дошли до нас, хотя главный вовсе не тайна: чтобы так писать море, нужно родиться у моря, прожить подле него долгую жизнь, за которую так и не пресытиться им.

Знаменитая «волна Айвазовского» представляет собой вспенившуюся, почти прозрачную морскую волну, по ощущениям — движущуюся, стремительную, живую. Прозрачности художник достигал, используя технику лессировки, то есть нанося тончайшие слои краски друг на друга. Айвазовский предпочитал масло, но нередко его волны кажутся акварельными. Именно в результате лессировки изображение приобретает эту прозрачность, причем цвета кажутся очень насыщенными, но не за счет плотности мазка, а за счет особой глубины и тонкости. Виртуозная лессировка в исполнении Айвазовского — отрада для коллекционеров: большинство его картин в прекрасном состоянии — тончайшие красочные слои меньше подвержены растрескиванию.

Писал Айвазовский стремительно, часто создавал работы за один сеанс, поэтому у его техники лессировки были авторские нюансы. Вот что пишет об этом Николай Барсамов, многолетний директор Феодосийской картинной галереи и крупнейший знаток творчества Айвазовского: «…воду он иногда лессировал по полусухому подмалевку. Часто художник лессировал волны у их основания, чем придавал глубину и силу красочному тону и достигал эффекта прозрачной волны. Иногда лессировками утемнялись значительные плоскости картины. Но лессировка в не была обязательным последним этапом работы, как это было у старых мастеров при трехслойном методе живописи. Вся живопись у него в основном проводилась в один прием, и лессировка часто применялась им как один из способов наложения красочного слоя на белый грунт при начале работы, а не только как завершающие прописки в конце работы. Лессировкой художник иногда пользовался на первом этапе работы, покрывая полупрозрачным слоем краски значительные плоскости картины и используя при этом белый грунт холста как светящуюся подкладку. Так иногда писал он воду. Умело распределяя красочный слой различной плотности по холсту, Айвазовский достигал правдивой передачи прозрачности воды».

К лессировкам Айвазовский обращался не только при работе над волнами и облаками, с их помощью он умел вдохнуть жизнь и в сушу. «Землю и камни Айвазовский писал грубыми щетинистыми кистями. Возможно, что он их специально подрезывал, чтобы жесткие концы щетины оставляли борозды на красочном слое, — рассказывает искусствовед Барсамов. — Краска в этих местах обычно положена плотным слоем. Как правило, Айвазовский почти всегда лессировал землю. Лессировочный (более темный) тон, попадая в борозды от щетины, придавал своеобразную живость красочному слою и большую реальность изображенной форме».

Что же до вопроса «откуда краски?», известно, что в последние годы он покупал краски берлинской фирмы «Mеwes». Все просто. Но имеется еще и легенда: будто бы Айвазовский покупал краски у Тёрнера. На этот счет можно сказать только одно: теоретически это возможно, но даже если так — Айвазовский точно не написал тёрнеровскими красками все 6 000 своих работ. И ту картину, которой впечатленный Тёрнер посвятил стихотворение, Айвазовский создал еще до знакомства с великим британским маринистом.

Как Айвазовский создавал свои картины и как правильно смотреть, чтобы насладиться его шедеврами в полной мере

Иван Константинович Айвазовский. Неаполитанский залив в лунную ночь.

«На картине твоей вижу луну с ее золотом и серебром, стоящую над морем, в нем отражающуюся. Поверхность моря, на которую легкий ветерок нагоняет трепетную зыбь, кажется полем искорок. Прости мне, великий художник, если я ошибся, приняв картину за действительность, но работа твоя очаровала меня, и восторг овладел мною. Искусство твое вечно и могущественно, потому что тебя вдохновляет гений», — стихотворения Уильяма Тёрнера о картине Айвазовского «Неаполитанский залив в лунную ночь».

Как Айвазовский создавал свои картины и как правильно смотреть, чтобы насладиться его шедеврами в полной мере

Иван Константинович Айвазовский. Среди волн.

Главное – начать, или В темпе Айвазовского

Айвазовский всегда начинал работу с изображения неба, причем писал его в один приём — это могли быть и 10 минут, и 6 часов. Свет в небе он рисовал не боковой поверхностью кисти, а ее торцом, то есть «освещал» небо многочисленными быстрыми прикосновениями кисти. Небо готово — можно отдохнуть, отвлечься (впрочем, такое он позволял себе только с картинами, на которые уходило достаточно много времени). Море же мог писать и в несколько заходов.

Долго работать над картиной в представлении Ивана Айвазовского — это, к примеру, писать одно полотно 10 дней. Именно столько понадобилось художнику, которому на тот момент исполнился 81 год, чтобы создать свою самую большую картину — «Среди волн». При этом, по его признанию, вся его жизнь была подготовкой к этой картине. То есть работа потребовала максимум усилий от художника — и целых десять дней. А ведь в истории искусства не редкость случаи, когда картины писались по двадцать и более лет (например, Федор Бруни писал своего «Медного змия» 14 лет, начал в 1827-м, а закончил в 1841-м).

В Италии Айвазовский в определенный период сошелся с Александром Ивановым, тем самым, который писал  20 лет, с 1837-го по 1857-й. Они даже пытались вместе работать, но довольно скоро повздорили. Иванов мог месяцами трудиться над этюдом, пытаясь добиться особой точности тополиного листочка, Айвазовский же успевал за это время исходить все окрестности и написать несколько картин: «Писать тихо, корпеть месяцы не могу. Не отхожу от картины, пока не выскажусь». Столь разные таланты, разные способы творить — каторжный труд и радостное любование жизнью — не могли долго держаться рядом.

Как Айвазовский создавал свои картины и как правильно смотреть, чтобы насладиться его шедеврами в полной мере

Иван Айвазовский рядом со своей картиной, фотография 1898 года.

Как Айвазовский создавал свои картины и как правильно смотреть, чтобы насладиться его шедеврами в полной мере

Айвазовский у мольберта.

«Обстановка мастерской отличалась исключительной простотой. Перед мольбертом стоял простой стул с плетеным камышовым сиденьем, спинка которого была залеплена довольно толстым слоем краски, так как Айвазовский имел привычку закидывать руку с кистью за спинку стула и, сидя в пол-оборота к картине, оглядывать ее», — из воспоминаний Константина Арцеулова, этот внук Айвазовского тоже стал художником.

Творчество как радость

Муза Айвазовского (извините нам эту высокопарность) — радостна, а не мучительна. «По легкости, видимой непринужденности движения руки, по довольному выражению лица, можно было смело сказать, что такой труд — истинное наслаждение», — это впечатления чиновника Министерства императорского двора, литератора Василия Кривенко, наблюдавшего за тем, как Айвазовский работает.

Айвазовский, безусловно, видел, что для многих художников их дар — то ли благословенье, то ли проклятье, иные картины пишутся едва ли не кровью, истощая и выматывая своего создателя. Для него же подходить с кистью к холсту всегда было самой большой радостью и счастьем, он обретал особую легкость и всемогущество в своей мастерской. При этом Айвазовский внимательно прислушивался к дельным советам, не отмахивался от замечаний людей, которых ценил и уважал. Хотя не настолько, чтобы поверить, что легкость его кисти есть недостаток.

Пленэр VS мастерская

О важности работы с натурой в те годы не твердил только ленивый. Айвазовский же предпочитал с натуры делать мимолетные наброски, а писать в мастерской. «Предпочитал», пожалуй, не совсем то слово, дело не в удобстве, это был его принципиальный выбор. Он считал, что невозможно изобразить с натуры движение стихий, дыхание моря, раскаты грома и сверкание молнии — а именно это его интересовало. Айвазовский обладал феноменальной памятью и своей задачей «на натуре» считал впитывать происходящее. Ощущать и запоминать, для того чтобы, вернувшись в мастерскую, выплеснуть эти ощущения на холст — вот зачем нужна натура. При этом Айвазовский был великолепным копировальщиком. Во время обучения у Максима Воробьева он продемонстрировал это свое умение в полной мере. Но копирование — хоть чьих-то картин, хоть природы — представлялось ему куда меньшим, чем он способен сделать.

Как Айвазовский создавал свои картины и как правильно смотреть, чтобы насладиться его шедеврами в полной мере

Иван Константинович Айвазовский. Бухта Амальфи в 1842 году. Набросок. 1880-е

Как Айвазовский создавал свои картины и как правильно смотреть, чтобы насладиться его шедеврами в полной мере

Иван Константинович Айвазовский. Побережье в Амальфи.

О стремительной работе Айвазовского и о том, что представляли из себя его наброски с натуры, оставил подробные воспоминания художник Илья Остроухов:

«С манерой выполненияпокойным знаменитым художником-маринистом Айвазовским мне пришлось случайно ознакомиться в 1889 году, во время одной из моих заграничных поездок, в Биаррице. Приблизительно в одно и то же время, в какое я прибыл в Биарриц, приехал туда и Айвазовский. Почтенному художнику было уже тогда, как помнится, лет этак за семьдесят… Узнав, что я хорошо знаком с топографией местности, [он] тотчас же потянул меня на прогулку по океанскому берегу. День был бурный, и Айвазовский, очарованный видом океанского прибоя волн, остановился на пляже…

Не спуская глаз с океана и ландшафта далеких гор, он медленным движением достал свою крохотную записную книжку и нарисовал всего лишь три линии карандашом — очертание далеких гор, линию океана у подошвы этих гор и линию берега от себя. Потом мы пошли с ним дальше. Пройдя около версты, он снова остановился и сделал такой же рисунок из нескольких линий в другом направлении.

— День пасмурный сегодня, — сказал Айвазовский, — и вы мне, пожалуйста, скажите только, где у вас здесь восходит и заходит солнце.

Я указал. Айвазовский поставил в книжке несколько точек и спрятал книжку в карман.

— Теперь пойдемте. Для меня этого достаточно. Завтра я нарисую океанский прибой в Биаррице.

На другой день действительно были написаны три эффектные картины морского прибоя: в Биаррице: утром, в полдень и при закате солнца…»

Как Айвазовский создавал свои картины и как правильно смотреть, чтобы насладиться его шедеврами в полной мере

Иван Константинович Айвазовский. Биарриц. 1889

Солнце Айвазовского, или При чем тут импрессионизм

Армянский художник Мартирос Сарьян заметил, что какую бы грандиозную бурю Айвазовский ни изображал, в верхней части холста всегда сквозь скопление грозовых туч будет пробиваться луч света — иногда явственный, иногда тонкий и едва заметный: «Именно в нем, этом Свете, и заключен смысл всех изображенных Айвазовским бурь».

Как Айвазовский создавал свои картины и как правильно смотреть, чтобы насладиться его шедеврами в полной мере

Иван Константинович Айвазовский. Буря на Северном море.

Как Айвазовский создавал свои картины и как правильно смотреть, чтобы насладиться его шедеврами в полной мере

Иван Константинович Айвазовский. Лунная ночь. 1849

Как Айвазовский создавал свои картины и как правильно смотреть, чтобы насладиться его шедеврами в полной мере

Иван Константинович Айвазовский. Неаполитанский залив в лунную ночь. 1892

Как Айвазовский создавал свои картины и как правильно смотреть, чтобы насладиться его шедеврами в полной мере

Иван Константинович Айвазовский. Корабль «Императрица Мария» во время шторма. 1892

Как Айвазовский создавал свои картины и как правильно смотреть, чтобы насладиться его шедеврами в полной мере

Иван Константинович Айвазовский. Лунная ночь на Капри. 1841

Если это солнце, то оно осветит самую черную бурю, если лунная дорожка, то заполнит своим мерцанием все полотно. Мы не собираемся называть Айвазовского ни импрессионистом, ни предтечей импрессионизма. Но процитируем слова мецената Алексея Томилова — он критикует картины Айвазовского: «Фигуры пожертвованы до такой степени, что не распознать: на первом плане мужчины это или женщины (…) красуется воздух и вода». Об импрессионистах мы говорим, что главные герои их картин: цвет и свет, одна из основных задач — передача световоздушной массы. В работах Айвазовского на первом месте — свет, и да, совершенно верно, воздух и вода (в его случае это о небе и море). Всё прочее выстраивается вокруг этого главного.

Он стремится не просто правдоподобно изобразить, но передать ощущения: солнце должно сиять так, чтобы хотелось зажмуриться, от ветра зритель съёжится, от волны отпрянет в испуге. Последнее, в частности, проделал Репин, когда Айвазовский внезапно распахнул перед ним дверь комнаты, за которой вставал его «Девятый вал».

Как Айвазовский создавал свои картины и как правильно смотреть, чтобы насладиться его шедеврами в полной мере

Иван Константинович Айвазовский. Девятый вал.

Как смотреть на картины Айвазовского

Художник дал совершенно однозначные рекомендации: следует искать на холсте самую яркую точку, источник света, и, пристально всмотревшись в нее, скользить взглядом по холсту. К примеру, когда его упрекали, что «Лунная ночь» не закончена, от утверждал, что если зритель «обратит главное внимание на луну и постепенно, придерживаясь интересной точки картины, взглянет на прочие части картины мимоходом, и сверх этого, не забывая, что это ночь, которая нас лишает всяких рефлексий, то подобный зритель найдет, что эта картина более окончена, нежели как следует».

Как Айвазовский создавал свои картины и как правильно смотреть, чтобы насладиться его шедеврами в полной мере

Иван Константинович Айвазовский. Лунная ночь в Крыму. Гурзуф, 1839, 101×136.5 см.

Константин Айвазовский не из тех художников, которые теряют вдохновение в процессе и бросают работы неокончеными. Но однажды такое случилось и с ним — он не дописал полотно «Взрыв корабля» (1900). Помешала смерть. Эта неоконченная работа особенно ценна для исследователей его творчества. Она позволяет понять, что художник считал главным на картине, с проработки каких элементов начинал работу. Мы видим, что Айвазовский начал с корабля и пламени взрыва — того, что возьмет зрителя за душу. А детали, по которым зритель будет просто скользить глазами, художник оставил на потом.

Как Айвазовский создавал свои картины и как правильно смотреть, чтобы насладиться его шедеврами в полной мере

Иван Константинович Айвазовский. Взрыв корабля. 1900

Как Айвазовский создавал свои картины и как правильно смотреть, чтобы насладиться его шедеврами в полной мере

Иван Константинович Айвазовский. Лазоревый грот. Неаполь. 1841

Современного зрителя порой обескураживает интенсивный колорит полотен Айвазовского, его яркие, бескомпромиссные краски. Этому есть объяснение. И это вовсе не дурной вкус художника.

Как Айвазовский создавал свои картины и как правильно смотреть, чтобы насладиться его шедеврами в полной мере

 (Эрмитаж).

Сегодня на марины Айвазовского мы смотрим в музеях. Часто это провинциальные галереи, с обветшалым интерьером и без специального освещения, которое заменяется просто светом из окна. Но при жизни Айвазовского его картины висели в богатых гостиных и даже во дворцах. Под лепными потолками, на оклеенных роскошными шпалерами стенах, в свете люстр и канделябров. Вполне возможно, художник заботился о том, чтобы его картины не потерялись на фоне пестрых ковров и мебели с позолотой.

Знатоки говорят, что ночные пейзажи Айвазовского, которые нередко выглядят простовато при скудном естественном освещении или под редкими лампами, оживают, становятся таинственными и благородными, какими их задумывал художник, если смотреть на них при свечах. Особенно те картины, которые Айвазовский при свечах и писал.Оригинал взят у slavikap в Как Айвазовский создавал свои картины и как правильно смотреть, чтобы насладиться ими

источник

rama909.livejournal.com

Как Айвазовский создавал свои картины и как правильно смотреть, чтобы насладиться его шедеврами в полной мере

Как Айвазовский создавал свои картины и как правильно смотреть, чтобы насладиться его шедеврами в полной мереОчень ценная статья и для зрителя, и для профессионального художника.

За счет чего море Айвазовского такое живое, дышащее и прозрачное? Что является осью любой его картины? Куда нам смотреть, чтобы насладиться его шедеврами в полной мере? Как он писал: долго ли, коротко ли, радостно или мучительно? И какое отношение к Айвазовскому имеет импрессионизм?

Конечно, Иван Константинович Айвазовский родился гением. Но было еще ремесло, которым он владел блестяще и в тонкостях которого хочется разобраться. Итак, из чего же рождались морская пена и лунные дорожки Айвазовского?

Как Айвазовский создавал свои картины и как правильно смотреть, чтобы насладиться его шедеврами в полной мере

«Секретные краски», волна Айвазовского, лессировка

Иван Крамской писал Павлу Третьякову: «Айвазовский, вероятно, обладает секретом составления красок, и даже краски сами секретные; таких ярких и чистых тонов я не видел даже на полках москательных лавок». Некоторые секреты Айвазовского дошли до нас, хотя главный вовсе не тайна: чтобы так писать море, нужно родиться у моря, прожить подле него долгую жизнь, за которую так и не пресытиться им.

Знаменитая «волна Айвазовского» представляет собой вспенившуюся, почти прозрачную морскую волну, по ощущениям — движущуюся, стремительную, живую. Прозрачности художник достигал, используя технику лессировки, то есть нанося тончайшие слои краски друг на друга. Айвазовский предпочитал масло, но нередко его волны кажутся акварельными. Именно в результате лессировки изображение приобретает эту прозрачность, причем цвета кажутся очень насыщенными, но не за счет плотности мазка, а за счет особой глубины и тонкости. Виртуозная лессировка в исполнении Айвазовского — отрада для коллекционеров: большинство его картин в прекрасном состоянии — тончайшие красочные слои меньше подвержены растрескиванию.

Писал Айвазовский стремительно, часто создавал работы за один сеанс, поэтому у его техники лессировки были авторские нюансы. Вот что пишет об этом Николай Барсамов, многолетний директор Феодосийской картинной галереи и крупнейший знаток творчества Айвазовского: «…воду он иногда лессировал по полусухому подмалевку. Часто художник лессировал волны у их основания, чем придавал глубину и силу красочному тону и достигал эффекта прозрачной волны. Иногда лессировками утемнялись значительные плоскости картины. Но лессировка в живописи Айвазовского не была обязательным последним этапом работы, как это было у старых мастеров при трехслойном методе живописи. Вся живопись у него в основном проводилась в один прием, и лессировка часто применялась им как один из способов наложения красочного слоя на белый грунт при начале работы, а не только как завершающие прописки в конце работы. Лессировкой художник иногда пользовался на первом этапе работы, покрывая полупрозрачным слоем краски значительные плоскости картины и используя при этом белый грунт холста как светящуюся подкладку. Так иногда писал он воду. Умело распределяя красочный слой различной плотности по холсту, Айвазовский достигал правдивой передачи прозрачности воды».

К лессировкам Айвазовский обращался не только при работе над волнами и облаками, с их помощью он умел вдохнуть жизнь и в сушу. «Землю и камни Айвазовский писал грубыми щетинистыми кистями. Возможно, что он их специально подрезывал, чтобы жесткие концы щетины оставляли борозды на красочном слое, — рассказывает искусствовед Барсамов. — Краска в этих местах обычно положена плотным слоем. Как правило, Айвазовский почти всегда лессировал землю. Лессировочный (более темный) тон, попадая в борозды от щетины, придавал своеобразную живость красочному слою и большую реальность изображенной форме».

Что же до вопроса «откуда краски?», известно, что в последние годы он покупал краски берлинской фирмы «Mеwes». Все просто. Но имеется еще и легенда: будто бы Айвазовский покупал краски у Тёрнера. На этот счет можно сказать только одно: теоретически это возможно, но даже если так — Айвазовский точно не написал тёрнеровскими красками все 6 000 своих работ. И ту картину, которой впечатленный Тёрнер посвятил стихотворение, Айвазовский создал еще до знакомства с великим британским маринистом.

Как Айвазовский создавал свои картины и как правильно смотреть, чтобы насладиться его шедеврами в полной мереИван Константинович Айвазовский. Неаполитанский залив в лунную ночь.

«На картине твоей вижу луну с ее золотом и серебром, стоящую над морем, в нем отражающуюся. Поверхность моря, на которую легкий ветерок нагоняет трепетную зыбь, кажется полем искорок. Прости мне, великий художник, если я ошибся, приняв картину за действительность, но работа твоя очаровала меня, и восторг овладел мною. Искусство твое вечно и могущественно, потому что тебя вдохновляет гений», — стихотворения Уильяма Тёрнера о картине Айвазовского «Неаполитанский залив в лунную ночь».

Как Айвазовский создавал свои картины и как правильно смотреть, чтобы насладиться его шедеврами в полной мереИван Константинович Айвазовский. Среди волн.

Главное – начать, или В темпе Айвазовского

Айвазовский всегда начинал работу с изображения неба, причем писал его в один приём — это могли быть и 10 минут, и 6 часов. Свет в небе он рисовал не боковой поверхностью кисти, а ее торцом, то есть «освещал» небо многочисленными быстрыми прикосновениями кисти. Небо готово — можно отдохнуть, отвлечься (впрочем, такое он позволял себе только с картинами, на которые уходило достаточно много времени). Море же мог писать и в несколько заходов.

Долго работать над картиной в представлении Ивана Айвазовского — это, к примеру, писать одно полотно 10 дней. Именно столько понадобилось художнику, которому на тот момент исполнился 81 год, чтобы создать свою самую большую картину — «Среди волн». При этом, по его признанию, вся его жизнь была подготовкой к этой картине. То есть работа потребовала максимум усилий от художника — и целых десять дней. А ведь в истории искусства не редкость случаи, когда картины писались по двадцать и более лет (например, Федор Бруни писал своего «Медного змия» 14 лет, начал в 1827-м, а закончил в 1841-м).

В Италии Айвазовский в определенный период сошелся с Александром Ивановым, тем самым, который писал «Явление Христа народу» 20 лет, с 1837-го по 1857-й. Они даже пытались вместе работать, но довольно скоро повздорили. Иванов мог месяцами трудиться над этюдом, пытаясь добиться особой точности тополиного листочка, Айвазовский же успевал за это время исходить все окрестности и написать несколько картин: «Писать тихо, корпеть месяцы не могу. Не отхожу от картины, пока не выскажусь». Столь разные таланты, разные способы творить — каторжный труд и радостное любование жизнью — не могли долго держаться рядом.

Как Айвазовский создавал свои картины и как правильно смотреть, чтобы насладиться его шедеврами в полной мереИван Айвазовский рядом со своей картиной, фотография 1898 года.Как Айвазовский создавал свои картины и как правильно смотреть, чтобы насладиться его шедеврами в полной мереАйвазовский у мольберта.

«Обстановка мастерской отличалась исключительной простотой. Перед мольбертом стоял простой стул с плетеным камышовым сиденьем, спинка которого была залеплена довольно толстым слоем краски, так как Айвазовский имел привычку закидывать руку с кистью за спинку стула и, сидя в пол-оборота к картине, оглядывать ее», — из воспоминаний Константина Арцеулова, этот внук Айвазовского тоже стал художником.

Творчество как радость

Муза Айвазовского (извините нам эту высокопарность) — радостна, а не мучительна. «По легкости, видимой непринужденности движения руки, по довольному выражению лица, можно было смело сказать, что такой труд — истинное наслаждение», — это впечатления чиновника Министерства императорского двора, литератора Василия Кривенко, наблюдавшего за тем, как Айвазовский работает.

Айвазовский, безусловно, видел, что для многих художников их дар — то ли благословенье, то ли проклятье, иные картины пишутся едва ли не кровью, истощая и выматывая своего создателя. Для него же подходить с кистью к холсту всегда было самой большой радостью и счастьем, он обретал особую легкость и всемогущество в своей мастерской. При этом Айвазовский внимательно прислушивался к дельным советам, не отмахивался от замечаний людей, которых ценил и уважал. Хотя не настолько, чтобы поверить, что легкость его кисти есть недостаток.

Пленэр VS мастерская

О важности работы с натурой в те годы не твердил только ленивый. Айвазовский же предпочитал с натуры делать мимолетные наброски, а писать в мастерской. «Предпочитал», пожалуй, не совсем то слово, дело не в удобстве, это был его принципиальный выбор. Он считал, что невозможно изобразить с натуры движение стихий, дыхание моря, раскаты грома и сверкание молнии — а именно это его интересовало. Айвазовский обладал феноменальной памятью и своей задачей «на натуре» считал впитывать происходящее. Ощущать и запоминать, для того чтобы, вернувшись в мастерскую, выплеснуть эти ощущения на холст — вот зачем нужна натура. При этом Айвазовский был великолепным копировальщиком. Во время обучения у Максима Воробьева он продемонстрировал это свое умение в полной мере. Но копирование — хоть чьих-то картин, хоть природы — представлялось ему куда меньшим, чем он способен сделать.

Как Айвазовский создавал свои картины и как правильно смотреть, чтобы насладиться его шедеврами в полной мереИван Константинович Айвазовский. Бухта Амальфи в 1842 году. Набросок. 1880-еКак Айвазовский создавал свои картины и как правильно смотреть, чтобы насладиться его шедеврами в полной мереИван Константинович Айвазовский. Побережье в Амальфи.

О стремительной работе Айвазовского и о том, что представляли из себя его наброски с натуры, оставил подробные воспоминания художник Илья Остроухов:

«С манерой выполнения художественных работ покойным знаменитым художником-маринистом Айвазовским мне пришлось случайно ознакомиться в 1889 году, во время одной из моих заграничных поездок, в Биаррице. Приблизительно в одно и то же время, в какое я прибыл в Биарриц, приехал туда и Айвазовский. Почтенному художнику было уже тогда, как помнится, лет этак за семьдесят… Узнав, что я хорошо знаком с топографией местности, [он] тотчас же потянул меня на прогулку по океанскому берегу. День был бурный, и Айвазовский, очарованный видом океанского прибоя волн, остановился на пляже…

Не спуская глаз с океана и ландшафта далеких гор, он медленным движением достал свою крохотную записную книжку и нарисовал всего лишь три линии карандашом — очертание далеких гор, линию океана у подошвы этих гор и линию берега от себя. Потом мы пошли с ним дальше. Пройдя около версты, он снова остановился и сделал такой же рисунок из нескольких линий в другом направлении.

— День пасмурный сегодня, — сказал Айвазовский, — и вы мне, пожалуйста, скажите только, где у вас здесь восходит и заходит солнце.

Я указал. Айвазовский поставил в книжке несколько точек и спрятал книжку в карман.

— Теперь пойдемте. Для меня этого достаточно. Завтра я нарисую океанский прибой в Биаррице.

На другой день действительно были написаны три эффектные картины морского прибоя: в Биаррице: утром, в полдень и при закате солнца…»

Как Айвазовский создавал свои картины и как правильно смотреть, чтобы насладиться его шедеврами в полной мереИван Константинович Айвазовский. Биарриц. 1889

Солнце Айвазовского, или При чем тут импрессионизм

Армянский художник Мартирос Сарьян заметил, что какую бы грандиозную бурю Айвазовский ни изображал, в верхней части холста всегда сквозь скопление грозовых туч будет пробиваться луч света — иногда явственный, иногда тонкий и едва заметный: «Именно в нем, этом Свете, и заключен смысл всех изображенных Айвазовским бурь».

Как Айвазовский создавал свои картины и как правильно смотреть, чтобы насладиться его шедеврами в полной мереИван Константинович Айвазовский. Буря на Северном море.Как Айвазовский создавал свои картины и как правильно смотреть, чтобы насладиться его шедеврами в полной мереИван Константинович Айвазовский. Лунная ночь. 1849Как Айвазовский создавал свои картины и как правильно смотреть, чтобы насладиться его шедеврами в полной мереИван Константинович Айвазовский. Неаполитанский залив в лунную ночь. 1892Как Айвазовский создавал свои картины и как правильно смотреть, чтобы насладиться его шедеврами в полной мереИван Константинович Айвазовский. Корабль “Императрица Мария” во время шторма. 1892Как Айвазовский создавал свои картины и как правильно смотреть, чтобы насладиться его шедеврами в полной мереИван Константинович Айвазовский. Лунная ночь на Капри. 1841

Если это солнце, то оно осветит самую черную бурю, если лунная дорожка, то заполнит своим мерцанием все полотно. Мы не собираемся называть Айвазовского ни импрессионистом, ни предтечей импрессионизма. Но процитируем слова мецената Алексея Томилова — он критикует картины Айвазовского: «Фигуры пожертвованы до такой степени, что не распознать: на первом плане мужчины это или женщины (…) красуется воздух и вода». Об импрессионистах мы говорим, что главные герои их картин: цвет и свет, одна из основных задач — передача световоздушной массы. В работах Айвазовского на первом месте — свет, и да, совершенно верно, воздух и вода (в его случае это о небе и море). Всё прочее выстраивается вокруг этого главного.

Он стремится не просто правдоподобно изобразить, но передать ощущения: солнце должно сиять так, чтобы хотелось зажмуриться, от ветра зритель съёжится, от волны отпрянет в испуге. Последнее, в частности, проделал Репин, когда Айвазовский внезапно распахнул перед ним дверь комнаты, за которой вставал его «Девятый вал».

Как Айвазовский создавал свои картины и как правильно смотреть, чтобы насладиться его шедеврами в полной мереИван Константинович Айвазовский. Девятый вал.

Как смотреть на картины Айвазовского

Художник дал совершенно однозначные рекомендации: следует искать на холсте самую яркую точку, источник света, и, пристально всмотревшись в нее, скользить взглядом по холсту. К примеру, когда его упрекали, что «Лунная ночь» не закончена, от утверждал, что если зритель «обратит главное внимание на луну и постепенно, придерживаясь интересной точки картины, взглянет на прочие части картины мимоходом, и сверх этого, не забывая, что это ночь, которая нас лишает всяких рефлексий, то подобный зритель найдет, что эта картина более окончена, нежели как следует».

Как Айвазовский создавал свои картины и как правильно смотреть, чтобы насладиться его шедеврами в полной мереИван Константинович Айвазовский. Лунная ночь в Крыму. Гурзуф, 1839, 101×136.5 см.

Константин Айвазовский не из тех художников, которые теряют вдохновение в процессе и бросают работы неокончеными. Но однажды такое случилось и с ним — он не дописал полотно «Взрыв корабля» (1900). Помешала смерть. Эта неоконченная работа особенно ценна для исследователей его творчества. Она позволяет понять, что художник считал главным на картине, с проработки каких элементов начинал работу. Мы видим, что Айвазовский начал с корабля и пламени взрыва — того, что возьмет зрителя за душу. А детали, по которым зритель будет просто скользить глазами, художник оставил на потом.

Как Айвазовский создавал свои картины и как правильно смотреть, чтобы насладиться его шедеврами в полной мереИван Константинович Айвазовский. Взрыв корабля. 1900Как Айвазовский создавал свои картины и как правильно смотреть, чтобы насладиться его шедеврами в полной мереИван Константинович Айвазовский. Лазоревый грот. Неаполь. 1841

Современного зрителя порой обескураживает интенсивный колорит полотен Айвазовского, его яркие, бескомпромиссные краски. Этому есть объяснение. И это вовсе не дурной вкус художника.

Как Айвазовский создавал свои картины и как правильно смотреть, чтобы насладиться его шедеврами в полной мереФрагмент картины Ивана Айвазовского «Корабль среди бурного моря» (Эрмитаж).

Сегодня на марины Айвазовского мы смотрим в музеях. Часто это провинциальные галереи, с обветшалым интерьером и без специального освещения, которое заменяется просто светом из окна. Но при жизни Айвазовского его картины висели в богатых гостиных и даже во дворцах. Под лепными потолками, на оклеенных роскошными шпалерами стенах, в свете люстр и канделябров. Вполне возможно, художник заботился о том, чтобы его картины не потерялись на фоне пестрых ковров и мебели с позолотой.

Знатоки говорят, что ночные пейзажи Айвазовского, которые нередко выглядят простовато при скудном естественном освещении или под редкими лампами, оживают, становятся таинственными и благородными, какими их задумывал художник, если смотреть на них при свечах. Особенно те картины, которые Айвазовский при свечах и писал.(с)

Авторы Алена Эсаулова, Наталья Кандаурова.

http://matveychev-oleg.livejournal.com/3698672.html

pandoraopen.ru

самая маленькая картина, самые большие успехи, самая лучшая вода: vakin

Мы попробовали посмотреть на главного русского мариниста через призму сухих цифр. Подсчитать штормы и бури на его картинах не удастся, потому что счета им нет, но кое-что можно выразить количественно. Денежные суммы и размер картин, сколько стоит допуск к самому мистическому полотну Айвазовского, сколько раз он писал Пушкина, сколькими ведрами воды снабдил любимый город…

Ночь в Феодосии. Этюд, вмонтированный в фотопортрет И. К. АйвазовскогоИван Константинович Айвазовский1887, 10×7 см

3-им, самым младшим ребенком в семье обедневшего феодосийского купца был Иван Айвазовский.

120 прижизненных персональных выставок состоялось у Айвазовского.135 виз было в его заграничном паспорте, когда он на два года раньше срока возвращался из пенсионерской поездки в Европу.

7 картин Айвазовского, на которых изображен Пушкин, можно увидеть в Артхиве. Исследователи полагают, что их было намного больше: Иван Константинович — очень плодовитый автор, не все созданное им известно в наше время.

50 картин (по некоторым данным, более пятидесяти) написал Айвазовский за три года пенсионерской поездки в Европу по завершении Академии художеств.

Иван Константинович Айвазовский. Мхитаристы на острове св. Лазаря. Венеция1843, 68×100 см

3000 рублей (по состоянию на июль 2016 год) придется заплатить желающим посмотреть на самое таинственное полотно Ивана Айвазовского «На смерть Александра III». История этой картины овеяна легендами. Самая простая гласит, что художник просто счел ее неудачной, поэтому отправил с глаз долой и никогда не экспонировал. Более интригующие версии призывают взглянуть на полотно наискосок, с правого угла. Внезапно печальный лик овдовевшей императрицы Марии Федоровны превращается в лицо усатого, злобно ухмыляющегося мужчины. Престолонаследник Николай II? Кто-то другой, радующийся, что «дело сделано»? По замыслу Айвазовского, картина должна была символизировать торжество жизни, но что-то явно пошло не так. Петропавловская крепость кажется потусторонним строением, свет луны отобразился в кресте над изображением, а ночная Нева куда больше похожа на ведущий в царство мертвых Стикс, нежели на саму себя.

Феодосийской галерее картина Айвазовского «На смерть Александра III» хранится в особой кладовой. Ходят слухи, что на созерцающих картину она оказывает очень гнетущее впечатление. Так что показывают ее лишь посетителям, которые полностью уверены, на что идут, и готовы за это дополнительно заплатить. Да, в то, что в галерее показывают одну картину за 3000 рублей, поверить непросто, но эта информация имеется в прайс-листе на официальном сайте.

На смерть Александра IIIИван Константинович Айвазовский 1890-е , 249×164 см

4 картины Айвазовского (по известным исследователям фактам) подвергались значительным изменениям в процессе написания. Чаще всего Айвазовский сразу писал «набело». Но, к примеру, в картине «Наполеон на острове святой Елены» нижняя часть была переписана художником полностью. Волны на первом плане покрыли написанный ранее берег. Этим обусловлено некоторое противоречие: судя по солнечной полосе на воде и по морю в глубине холста, погода достаточно спокойная, а волны у берега кажутся для нее слишком высокими. Также вся нижняя часть переписана на картине 1898 года «После заката на океане» и в картине «Корабль «Двенадцать апостолов». Уникальны переделки, которым Айвазовский подверг свою самую известную картину «Девятый вал». Обычно он писал небо в один присест и более к нему не притрагивался. Но именно в «Девятом вале» верхняя часть картины до гребня волны была переписана заново.

Иван Константинович Айвазовский. Наполеон на острове св. Елены1897, 214×327 см • Масло, Холст

Иван Константинович Айвазовский. Корабль "Двенадцать апостолов"1897, 105×139 см • Масло, Холст

Иван Константинович Айвазовский. Девятый вал1850, 221×332 см

4 дочери родилось у Ивана Айвазовского и его первой жены Юлии Гревс.

4 внука Айвазовского стали художниками.

282×425 см — размеры самой большой картины Ивана Айвазовского «Среди волн».

Иван Константинович Айвазовский. Среди волн1898, 284×429 см

10 дней писал Айвазовский свою самую большую картину.

10×7 см — размер самой маленькой картины Айвазовского, хранящейся в Третьяковской галерее. Крошечный этюд вмонтирован в автопортрет художника. Говорить с уверенностью, что это вообще самая маленькая работа Айвазовского, мы не будем: таких может быть множество. Дело в том, что он любил вручать гостям за обедом небольшие собственные картины, производство которых было поставлено на поток. В мастерской помощники покрывали ватманский лист разведенной тушью и сепией. Затем бумагу разрезали на небольшие кусочки, Айвазовский несколькими штрихами кисти превращал пятна в морской пейзаж, который затем помещал в раму и вручал гостю.

20 картин отправил Иван Айвазовский на выставку в Чикаго, посвященную открытию Колумбом Америки.

28 лет исполнилось обласканному фортуной и высокопоставленными персонами художнику, когда он купил участок в Феодосии и начал строить дом с тем, чтобы покинуть блистательный Санкт-Петербург и жить там, где ему хочется.

Иван Константинович Айвазовский. Восход солнца в Феодосии1855, 82×117 см

«Всю осень я провел почти на южном берегу Крыма, где я совершенно наслаждался природой, видя одно из лучших мест в Европе. Да вдобавок еще у себя в отечестве, наслаждаясь настоящим, можешь будущность свою также мечтать тут же. И потому я купил маленький фруктовый сад на южном берегу. Удивительное место. Зимой почти все зелено, ибо много кипарису и лавровых деревьев, а месячные розы цветут беспрестанно зимой. Я в восхищении от этой покупки, хотя доходу ни копейки, но зато никакие виллы в Италии не заставят меня завидовать» Иван Айвазовский.2-х часов хватало Айвазовскому на создание достаточно большой картины, что подтверждается свидетельствами очевидцев. К примеру, ученик мастерской Куинджи Аркадий Рылов вспоминает о том, как Айвазовский на глазах учащихся «с нуля» создал картину: «Один час пятьдесят минут тому назад был чистый холст, теперь на нём бушует море». Время на создание миниатюр, которые он дарил гостям, исчисляется скорее минутами.

5 императоров сменилось на веку Айвазовского: Александр I, Николай I, Александр II, Александр III, Николай II.

50 тысяч ведер чистой питьевой воды ежедневно получила Феодосия от Айвазовского. Не в силах смотреть на бедствия горожан, он проложил в Феодосию водопровод от принадлежащего ему Субашского источника.

66 турецких кораблей с 2224 орудиями сошлись 20 октября 1827 года с 26 русскими, английскими и французскими кораблями в гавани города Наварин. В результате Турция потеряла свой флот, адмирал Лазарев укрепил положение легенды морского боя, а Иван Айвазовский написал картину «Наваринский бой».

Иван Константинович Айвазовский. Наваринский бой. Этюд1887, 10×15 см

65 лет было великому маринисту, когда он вторым браком женился на 26-летней Анне Саркизовой.

3-им художественным музеем в России, доступным для обозрения любому желающему, стала Феодосийская картинная галерея, открытая Айвазовским в 1880 году. До того «прикоснуться к прекрасному» можно было лишь в петербургском Эрмитаже и Румянцевском музее в Москве (Третьяковская галерея и Русский музей открылись позже).

2 месяца не дожил Иван Айвазовский до 83 лет.

6 тысяч картин написал художник за свою долгую жизнь.

Автор: Алена ЭсауловаИсточник - Артхив

А также мои посты о уникальном художнике Айвазовского:Иван Константинович Айвазовский. Серия 1,Иван Константинович Айвазовский. Серия 2,Технический вопрос: Как Айвазовский писал картины и как их правильно смотреть,Иван Константинович Айвазовский. Хаос. Сотворение мира иИван Айвазовский. Зимний пейзаж.

vakin.livejournal.com


Смотрите также

Evg-Crystal | Все права защищены © 2018 | Карта сайта