История одной фотографии художницы Нинель Счастной. Картины нинель счастная


СЧАСТНАЯ, Нинель. Artdic

ГЛАУБИЦ, Иоганн. (Glaubitz, Johann., 1700-1767) ЖОЛТОВСКИЙ, Иван. (Zholtovsky, Ivan., 1867-1959) ЗАБОРСКИЙ, Георгий. (Zaborsky, Georgy., 1909-1999) КОРОЛЬ, Владимир. (Korol, Vladimir., 1912-1980) КРАМАРЕНКО, Виктор. (Kramarenko, Victor., 1945-) ЛАНГБАРД, Иосиф. (Langbard, Iosif., 1882-1951) ЛЕВИН, Леонид. (Levin, Leonid., 1936-2014) ОСМОЛОВСКИЙ, Михаил. (Osmolovsky, Mikhail., 1904-1977) ПАРУСНИКОВ, Михаил. (Parusnikov, Michael., 1893-1968) РУБАНЕНКО, Борис. (Rubanenko, Boris., 1910-1985) СИМБИРЦЕВ, Василий. (Simbirtsev, Vasiliy., 1901-1982) СЧАСТНАЯ, Нинель. (Schastnaja, Ninel., 1933-2013) СЧАСТНАЯ, Нинель СЧАСТНАЯ, Нинель СЧАСТНАЯ, Нинель. Вечерний Минск. 1974 г. СЧАСТНАЯ, Нинель. Вечерний Минск. 1974 г.

СЧАСТНАЯ, Нинель.

(Schastnaja, Ninel., 1933-2013) белорусский живописец, график, архитектор, заслуженный деятель искусств Республики Беларусь (2003 г.). Родилась в Полоцке. В 1954 г. окончила Минское художественное училище, в 1961 г. - Институт живописи, скульптуры и архитектуры им. Репина в Ленинграде (училась у В. Орешникова, А. Мыльникова, Б. Угарова, В. Деблера). В художественных выставках участвовала с 1961 г. Член Союза художников и Союза архитекторов Беларуси. С 1961 по 1965 гг. работала в области оформления интерьера в Душанбе. С 1965 г. жила и работала в Минске. Работала в жанрах портрета, пейзажа, в станковой и книжной графике, а также в области монументально-декоративного искусства. Творчеству Счастной присущи мягкость и лиризм мироощущения, оригинальность цветового видения, многослойная техника живописи, особенность и неповторимость почерка, стремление к эксперименту. Значительное место в творчестве занимала тема нераздельности человека и окружающей среды. Живописные произведения: "Ковровщицы" (1962 г.), "Белорусская девушка" (1966 г.), "Радуга" (1966 г.), "Под солнышком" (1966 г.), "Капель" (1970 г.), "Васильки" (1972 г.), "После смены" (1978 г.), работы, посвященные Великой Отечественной войне, "Одинокая" (1968 г.), "Налибокская пуща" (1975 г.), "Аблинга" (1977 г.), портреты И. Мележа (1970 г.), автопортрет (1970 г.), В. Дубовки (1973 г.), И. Шамякина и Тетки (А. Пашкевич, 1976 г.), А. Макаенка и М. Матуковского (1979 г.), М. Танка и А. Кулешова "У костра" (1980 г.), Р. Ширмы и П. Климука (1981 г.), Я. Купалы и М. Богдановича (1982 г.), Р. Басовской (1984 г.), М. Ладиса "Вернулся" (1985 г.), пейзажи "Бухара" (1963 г.), "1974 год в Минске" (1975 г.), "Ветры осенние (1977 г.), "Извечное" (1980 г.), "Мое рождение" (1981 г.) и др. Счастная автор графических работ: автолитографий "Портрет пулеметчицы М. Андреевой", "Одуванчик" (обе 1970 г.), "Лесная сказка" (1973 г.), "Иней" (1975 г.), "Ноктюрн" (1978 г.) и др. Оформила книги: А. Василевич "Калиновая рукавичка" (1963 г.), И. Бурсова "Матрешкины сказки" (1968 г.), белорусскую народную сказку "Пых" (1966 г.), Н. Галиновской "Разговор снежинок", Д. Бичель-Загнетовой "Рыжая полянка" (1971 г.), Н. Федоровича "Крылья" (1973 г.), А. Лойки "Про деда Аяяй и бабу Оёёй" (1983 г.) и др. (оформила более тридцати книг). Выполнила росписи на фасаде НИИ стройматериалов (1966 г.) и в кафе "Планета" (1967 г.), витражи в ресторане при гостинице "Свислочь" (1978 г.), в производственном объединении "Горизонт" (1982 г.) в Минске и др. Счастная занималась станковой графикой, росписью зданий, мозаикой, витражами, керамикой и стеклом, разрабатывала и выполняла интерьеры и малые формы. Она укоренила новый вид живописи на стекловолокне, экспериментальные витражи (полимеры из стекла) и создала особенную многослойную манеру живописи. Художница разработала уникальные витражи, которые были названы "пространственными композициями из металла и стекла с искусственным освещением". С выставками, которых было более пятидесяти, Счастная объездила полмира. Многие работы художницы находятся в музеях, галереях и частных коллекциях. Счастная оставила в истории белорусской культуры яркий след.

www.artdic.ru

Хозяйка сказочного дома - Союзное Вече

Заслуженному деятелю искусств Беларуси Нинель Счастной – 75

Нинель Счастная проиллюстрировала более 30 книг, занималась станковой графикой, росписями стен, мозаикой, витражами, керамикой и стеклом. Разрабатывала интерьеры. Ею открыт новый вид живописи на стекловолокне и предложена «молекулярная» манера живописи. В 70-е годы Нинель Ивановна разработала уникальные витражи, которые были названы «пространственными композициями из металла и стекла с искусственным освещением». У Нинель Счастной более 50 персональных выставок – в Беларуси, странах дальнего и ближнего зарубежья. Ее кисти принадлежат портреты Евфросиньи Полоцкой, Франциска Скорины, Ивана Федорова, Янки Купалы и других просветителей и деятелей культуры Беларуси. Работы художника находятся в музеях, галереях и частных коллекциях разных стран мира. Она автор книги «Искры моей жизни», изданной в 2001 году «Белорусским Домом печати». – Проходи, будем беседовать, – сказала Нинель Ивановна, и в чашечки из тончайшего китайского фарфора был разлит ароматный чай. Было приятно сидеть на мягком диване около круглого столика под зеленой скатертью, рассматривать большие и маленькие картины, старые комоды, семейные фото-снимки, прозрачные стеклянные фигурки на высоком, почти до самого потолка, подоконнике мастерской. Заговорили о творчестве, сравнимом разве что со Вселенной. Нинель Ивановна попыталась образно представить ее:– Мне кажется, что Вселенная – это нечто круглое, пульсирующее, способное рождать… А вот квадрат, в особенности черный, ничего рождать не может…– Это вы о Малевиче?– И о нем тоже. Все восхищаются его «шедевром», а художник сам говорил, что его «Черный квадрат» – тупик всякого искусства, далее идти некуда. В студенческие годы каждый старается выбрать свой путь. Помню, что только при Хрущеве мы узнали о Кандинском, Малевиче, Филонове, западноевропейских художниках. Я увлеклась постимпрессионизмом. А это – одна из ступенек реализма, только реалии подаются с величайшим чувством. Вообще в искусстве часто происходило так – например, Жан Энгр, сделав шаг в сторону от основного направления, оказался очень модным и востребованным. – А как у нас в Беларуси насчет модных личностей?– У нас тоже есть художники, которые нашли в реалистической живописи свой особенный, живописно-графический, почерк. Таким был Николай Селещук. В этом направлении работает Валерий Шкаруба. На полотнах Леонида Шчемелева – неповторимые наши зимы. Я очень радуюсь за тех, кто нашел в реализме нечто свое.– Бывая на выставках, организованных вами к 8 Марта, каждый раз удивлялась чувственности женских работ. Есть ли нечто особенное в женском искусстве?– Женщины пишут чаще всего то, что им нравится, а не то, что будут у них покупать. В целом это светлое искусство, потому что женщина – мать на земле. Но и среди них есть разрушительницы. С местечковой психологией, вторичностью. Искусство вообще под угрозой разрушения, и идет эта волна с Запада. Теперь, когда твои полотна напоминают нечто реальное, это уже считается не модным. Подавай чистую абстракцию, где полностью уничтожается материя. А как существовать человеку? Что остается? Молодежь «чернеет» на глазах. И искусство «почернело». Слава Богу, остается еще душа, и она, бессмертная, ищет выход. Да и некоторые художники опомнились: «Хватит, надо спасаться! Иначе погибнем».– Как же разобраться начинающему художнику в лабиринте мировоззрений?– Он должен решить, с кем он – с созидателями или с разрушителями. Когда мне кто-то говорит, что в искусстве ничего не понимает, я отвечаю: все просто, приходи на выставку и смотри. Если после увиденного тебе захочется писать стихи, танцевать, петь, любить, значит, ты видел то, что вызвало эти светлые чувства. Когда же после выставки тебе хочется кричать, уничтожать и ты входишь в черноту, значит, столкнулся с чем-то плохим. А если мы творения Божьи, то должны прислушиваться к Нему и созидать. Здесь напрашивается параллель с родителями. Что мы чаще всего говорим им? «Я сам (сама) знаю, что делать». И часто совершаем ошибки. Но ведь родители не пожелают плохого. Так и Бог желает нам блага. Только надо услышать в себе Его голос.– Потому-то у вас нет ни одной «черной» картины. – Я не имею на это права. А может, мне было подсказано, как надо работать. Когда я писала чернобыльскую деревню, было странное ощущение, что получается схема, нечто холодное. Потом словно озарение пришло: надо помолиться за нашу многострадальную землю! И когда на картине появился образ Троицы, мне сделалось тепло, стало интересно и легко работать.– А какова судьба ваших витражей? Это же настоящие шедевры! Раньше считалось счастьем иметь в интерьере стеклянные чудеса от Счастной.– Это было раньше. В энциклопедии даже написано – «уникальные произведения». Помню, как работала над 5-метровым витражом «Цветы льна». Ни один цветочек нельзя было повторить, а он из нескольких стеклышек состоял, и их из разных цветов приходилось сплавлять. И все своими руками. После реконструкции здания, где этот витраж находится, его, конечно, не убрали, поскольку он входит в реестр охраняемых государством произведений искусства, но прикрыли снаружи стеклянной стеной, где разместили рекламу. Вот так уважили. И не только моих витражей это касается. Сколько гобеленов, уникальной керамики, созданных крупными мастерами, оказываются ненужными. Не пора ли задуматься: что мы оставим своим детям и внукам? Вот в маленькой Швеции оставляют каждую мелочь. Там рядом со старым памятником ставят второй, а через некоторое время еще и современную конструкцию. Может, так и надо? Зачем разорять? Поставь свое рядом. Пусть люди оценят. – Да вы настоящий философ!– Домашний. Для дома с оркестром. На даче я Гауди и Сальвадор Дали одновременно! Я там уже много лет играю в какую-то игру. Как когда-то моя дочь Лада (светлая ей память) сделала многоэтажный кукольный дом для своей дочери Ники, так и я построила дачный дом для всех нас. У меня он растет не ввысь, а вширь. Так Дали когда-то купил несколько рыбацких домиков и объединил их под одной крышей. Получился настоящий замок, в котором он сделал множество переходов. Когда я побывала в его музее, то поняла, какой это был хулиган и весельчак. Ну, например, около бассейна у него лежит огромнейший удав, сшитый из ткани, или тыква из мешковины, на которую можно присесть; стоят царские троны, а из стены выступает гипсовая рука, на которую можно повесить шляпу… Это же весело! Я смотрела и думала: как же умел наслаждаться жизнью этот человек!.. Ну, а у меня на даче – множество дверей и стеклянных стен, в мастерской потолок прозрачный: можно видеть солнце и луну, наблюдать за дождем. В другой мастерской я поставила березовые столбы и назвала ее «березовой рощей». На веранде у меня пол на два метра не доходит до земли, он словно висит в воздухе… А из земли растут помидоры. Когда они вырастают, в доме появляется зеленый огород, и я, не вставая с дивана, протягиваю руку и срываю красный помидор. И говорю: «И кто сказал, что я не Емеля?!»– На знаменитой даче мне приглянулась веранда со стеклянной стеной. Это же мечта поэта: за окнами – лес, пойма реки; живая картина, постоянно меняющаяся!.. Это питает душу, дает силы. Чтобы сделать такой сказочный дом, надо быть большой труженицей.– Может быть. Я все делаю сама – пилю доски, забиваю гвозди, копаю землю, кошу траву. Мне приятна физическая работа. Так мне удается перехитрить себя: наработаюсь, а потом прихожу в мастерскую и делаю вид, что живопись – мое хобби. И с таким наслаждением пишу картины!.. А когда работаю над портретами, живу жизнью своих героев. Заканчивается тем, что они становятся моими друзьями. Продержаться бы еще в теперешнем состоянии – замыслов у меня на 500 лет вперед!.. Мне удалось побывать на юбилее Нинель Счастной на историко-филологическом факультете Полоцкого университета. Там есть постоянная экспозиция ее работ. Когда мы шли по городу, нам встретилась женщина с букетом цветов. Увидев Счастную, она воскликнула: «Нинель Ивановна, примите этот букет! Мы очень вас любим! Спасибо вам за ваше искусство!» А нас с художником связывает тоненькая книжечка моих стихов, изданная к республиканскому празднику – День Матери. Она оформлена работами Нинель Счастной.

Валентина ПОЛИКАНИНАФото автора

www.souzveche.ru

История одной фотографии художницы Нинель Счастной

Когда человека нет, то образуется пустота. Нинель Счастная была красивой женщиной. Очень. Всегда. Настоящая полочанка. Только там, на берегах Двины, еще сохранился такой типаж. Северный. Иногда она напоминала сказочную Снежную королеву. Казалась недоступной, выше того будничного, что происходит вокруг. Она и одевалась удивительно. Вязаные платки, кружева, узорами похожие на замерзшие окна. Цветы это, звезды, листья, снежинки — сразу и не поймешь.

Иногда, так мне казалось, на голове у нее корона, а это была самая обычная шапочка, собственноручно связанная крючком. Удивительные воротники, меха, перчатки... И при всем своем царственном облике, предполагающем высокий стиль, в разговоре она могла пошутить очень едко, язвительно, грубо. Но подобная брутальность ее не только не портила, а делала живой и понятной.

Многие ею восхищались, а многие по–настоящему любили. Она принимала поклонение, восхищение и любовь спокойно, с немного странной, снисходительной, а потому красивой улыбкой. Вокруг всегда толпились поклонники, обожатели и друзья–товарищи, а она при этом оставалась одинокой. Так часто и бывает с людьми красивыми, а если красота и талант в одном флаконе, то почти всегда.

Нинель Счастная первой начала приглашать к себе в мастерскую друзей: поэтов, музыкантов, композиторов, драматургов, врачей, да и просто интересных и чем–то выдающихся людей. Получился своеобразный салон. По средам в ее мастерской на улице Сурганова было тесно и шумно. Звучали музыка, песни, анекдоты, говорили об искусстве. Выпивали. Дверь не закрывалась. А в остальные дни недели она работала, часто оставалась ночевать в мастерской.

Нинель Счастная придумала свой стиль во всем: в поведении, кулинарии, одежде, живописи, графике, прикладном искусстве, витражах.

Был у меня стеклянный цветок, небольшой, но увесистый, грубоватый, но по–своему изящный. Отлитый из очень темного, почти черного стекла. Художница делала его для одного из витражей, а может, светильника, но он не пригодился, оказался слишком темным. Так она рассказывала. Я тот черно–зеленый кусок стекла назвал «каменным». Скорее всего, по той причине, что его создательница напоминала хозяйку Медной горы. Опять же из сказки.

Но даже сказки кончаются, оставляя лишь воспоминания о чем–то чудесном и ярком.

На фотографии Евгения Коктыша художница счастливо улыбается. То, что произойдет, еще не случилось... Снимок сделан в одну из знаменитых сред в мастерской у Счастной.

[email protected]

Фото Евгения КОКТЫША

Советская Белоруссия № 243 (25125). Суббота, 17 декабря 2016

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter

Понравился материал? Поставьте ему оценку.

www.sb.by

О Нинель Счастной

Есть художники, тщательно создающие мифы о самих себе, поддерживая неистребимую веру обывателя в неразделимость таланта и легкой ненормальности. Некоторые настолько в этом преуспевают, что одними лишь «странностями» добиваются мировой известности. Следом идут эпигоны — порой также вполне успешные, пускай себе и в местных масштабах... Но есть и такие, у кого все это абсолютно по–настоящему — талант, эксцентричность, сумасшедшинка, редкое умение жить наперекор правилам. Не ради славы и денег, а просто потому, что, видимо, так сложились их звезды. Одним единственно возможным способом.

У Нинель Счастной все было настоящим. Встречи со Львом Гумилевым — сыном Ахматовой и Гумилева. Дружба с Вознесенским, Распутиным, Астафьевым, Евтушенко и другими не менее знаковыми творцами своего времени. Песни, звучавшие с эстрады в исполнении Лещенко и Толкуновой, но написанные специально для нее... Счастной позировали Иван Шамякин, Андрей Макаенок, Иван Мележ, Максим Танк, Аркадий Кулешов, ее мастерство высоко ценил Борис Заборов. Да и прочие коллеги–мужчины признавали в ней достойного конкурента. Не конкурентку, заметьте, конкурента! Ведь Счастная одинаково уверенно вела свою игру в искусстве как по женским, так и по мужским правилам. Одинаково успешно экспериментировала с красками на холсте и цветным стеклом в многотонных витражах, расписывала здания и создавала экспрессивные мозаики, занималась организацией коллективных выставок и колесила по миру с авторскими проектами... Но из всех подарков к своему последнему юбилею больше всего обрадовалась... резиновым сапогам.

— Они же у нее постоянно снашивались, рвались, — вспоминает ее внучка Ника Счастная. — Лучшим отдыхом для бабушки была дача — картошку перекопать, грядки по расписанию... Причем дачу она выстроила буквально собственными руками. Кстати, ее чудной огород возле камина до сих пор сохранился, теперь там растут помидоры. Еще один огород она разбила на веранде, также внутри дома... Гвоздь забить, траву скосить — с этим проблем у бабушки никогда не возникало. Да я и не знаю, что могло бы стать для нее проблемой!

К слову, управляться с косой или молотком Ника умеет не хуже своей знаменитой бабушки. И, скорее всего, продолжит художественную династию Счастных, несмотря на то, что сейчас изучает прикладную математику в БГУ. Рисовать для нее — самое естественное из всех занятий. Ну а как иначе, когда краски и кисти были в доме на каждом шагу, а на выставках работы бабушки Нинель Счастной нередко перемежались с полотнами Лады Счастной, матери Ники... Менять фамилию она, кстати, также не собирается.

— Счастные — сильный женский род, — уверяет Ника. — Счастливый ли? Философский вопрос... На мой взгляд, счастье никогда не бывает легким. Но бабушка точно считала себя счастливой.

Действительно, Нинель Счастная сохраняла неизменную улыбку и проводила свои знаменитые «среды» до последнего. Казалось, ничто не могло ее сломить — ни смерть дочери, ни инсульты, перенесенные один за другим...

Тень

— Бабушка была человеком старой закалки и никому не доверяла так, как самой себе. Болезнь для нее была недоразумением. Не помню, чтобы у нее хотя бы однажды разболелась голова или случилась простуда. Она даже к стоматологу не ходила — ела яблоки и очень гордилась своими зубами. Зубы и правда были всем на зависть, никогда не болели. У нее вообще никогда ничего не болело. Любые тяжести — комоды, витражи, что угодно — она таскала сама, причем любому виду транспорта предпочитала общественный. Еще и приговаривала: мол, какие пустяки, человеческая спина выдерживает до 70 килограммов. Приносила со свалок необычную мебель, сама ее реставрировала. Все легко, все запросто... Летом 2008–го я уехала за границу. А когда вернулась, бабушка была уже в больнице...

Где–то через месяц она снова начала говорить. Снова начала работать — ну разве что ночевать в мастерской уже не оставалась. Но, по большому счету, мало что изменилось. Каждую среду у нее, как и раньше, толпились гости с новой музыкой и стихами. И шутки ее опять стали такими же едкими. И в глазах по–прежнему не было ни следа болезни. А потом случился еще один инсульт...

Но в постели она никогда не лежала. Даже в свой последний день. Мы стояли на загородной остановке, когда у нее оторвался тромб в сердце... К этому времени в Полоцке, где она родилась, открылась ее постоянная выставка. Кстати, теперь увидеть бабушкины работы можно еще и в Полоцкой художественной галерее.

Свет

Мое первое осознанное воспоминание: в детском саду уже всех забрали (практически всегда меня забирали последней), я стою одна у ограды и смотрю на горку, из–за которой появляется моя бабушка. Точнее, первой появляется ее шапочка, освещенная солнцем, а потом уже она вся — в солнечных лучах... Кстати, свои знаменитые шапочки она вязала не сама. Ей их дарили. И она к ним привыкла — главное, что волосы не мешали работе. У меня ведь была нетипичная бабушка. Она много работала, экспериментировала постоянно. Причем не только в искусстве. Скажем, у нее были очень смелые кулинарные эксперименты: любила смешивать несовместимое, например, овощи с шоколадом. Пусть это было не всегда съедобно, зато весело. Кстати, и шутки у нее были специфические. Она ценила «черный» юмор и порой вела себя совсем по–хулигански. А еще знала толк в современном кино — когда мы вместе смотрели фильмы Финчера или Гая Ричи, я понимала, что бабушка–то у меня далеко не старая.

Ну и, конечно, ее «среды»... Я любила эти «среды», особенно когда все шли к пианино и начинали импровизировать. Бабушку задаривали стихами, прозой, музыкой... Но для нее все это было своеобразным способом освободить от людей другие дни. Традиционно считается, что к художнику можно заглянуть на огонек в любой момент. Но если гости появлялись на пороге не в среду, бабушка могла их и завернуть. Она работала! Даже сейчас мне часто звонят, спрашивают, не могла бы я как–нибудь провести «среду»? Вряд ли. Да у меня и не получится так изящно, как у нее...

Отблеск

Но вот что я абсолютно точно от нее унаследовала, так это упрямство. Если бабушка что–то решила, подчиниться должны были все. Никто не мог с ней спорить — ни ее мужья, ни мои родители. А я спорила. Однажды мы даже подрались, причем из–за сущего пустяка... Но обидчивой она не была. Выплеснув эмоции, бабушка тут же забывала о ситуации и никогда больше к ней не возвращалась.

Не помню, чтобы мне в детстве что–либо запрещали. Видимо, поэтому желания сделать что–либо запретное у меня никогда не возникало. Помню, лет в 10 мне захотелось попробовать пиво. «Пробуй», — благословила бабушка. Я выпила стакан и пошла спать... Она позволяла мне делать свои собственные ошибки, и я благодарна ей за это. Меня ничем не пугали, ни от чего не предостерегали, мой дневник был неинтересен никогда и никому. «Ты молодец, справишься», — такие слова я слышала в свой адрес чаще всего. В результате с восьми лет я без сопровождения ездила еще на танцы и в музыкальную школу и училась в целом неплохо.

Фон

Да, мужчин в нашей семье не было. Но никакого дискомфорта в связи с этим не ощущалось. Пробки вылетели? Ну пригласим в гости тетушку, в конце концов, бабушкина сестра — электрик...

Конечно, состояние влюбленности для творческой натуры очень важно. Как мне кажется, все это у нее было, разве что в несколько своеобразной форме. Со своим последним мужем, например, они чаще списывались, чем встречались. И прожили так не одно десятилетие, он — в Москве, она — в Минске. Это был неплохой вариант, поскольку он был поэтом, а она — его вдохновением...

Вообще, бабушке хорошо было одной, уютно. Она была совершенно самодостаточна. И не раз без обиняков давала понять, что мы ей мешаем. При этом постоянно задавала родным вопросы — тестировала нас на вкус. Бывало, пройдет мимо: «Как ты считаешь, какие сочетания цветов хорошо гармонируют, а какие плохо?» И уйдет. А ты сиди и думай...

Цвет

Она обожала яркие, солнечные цвета, красное с зеленым... Однако в конце жизни цветоощущение стало другим. Рисовала в основном наброски. Ручкой, углем... С платой аренды за мастерскую мы уже не справлялись и в конце концов приняли решение от нее отказаться. Переезд был драматичным. Бабушка вдруг решила, что никого в свою мастерскую не пустит, поменяла замки... А потом уже сама помогала выносить вещи...

Звонят с предложениями купить бабушкины работы мне теперь постоянно. Но есть работы, которые я никогда не продам. Скажем, мамин портрет или тот, где мы втроем... Не продам и ее «Евфросинию Полоцкую». И несколько других светлых, вдохновляющих картин. А еще те, которые она сама отказывалась продавать. Хотя я до сих пор так и не узнала почему...

[email protected]

Советская Белоруссия №140 (24523). Суббота 26 июля 2014 года

Заметили ошибку? Пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter

www.sb.by

СЧАСТНАЯ, Нинель. Artdic

АБДУЛ-ДЖАББАР. (Abdul-Dzhabbar., ) АДЖЕМИ, сын Абубекра. (Adzhemi, son Abubekra., ) АЗАМ, Космас Дамиан. (Asam, Cosmas Damian., 1686-1739) АЙ ВЭЙВЭЙ. (Ai Weiwei., 1957-) АЛЕВИЗ Фрязин Новый. (Aloisio., ) АЛИ-ИБН-МУХАММЕД из Серахса. (Ali-ibn-Muhammed from Serahsa., ) АЛИ-ШАХ. (Ali-Shah Tebrizi., ) АЛЬБЕРТИ, Леон. (Alberti, Leon Battista., 1404-1472) АМАНАТ, Хоссейн. (Amanat, Hossein., 1942-) АНФИМИЙ из Тралл. (Anfimy from Trall., ?-534) БАЖЕНОВ, Василий. (Bajenov, Vasiliy., 1737-1799) БАЙАРЖЕ, Франсуа. (Baillairge, Francois., 1759-1830) БАРМА. (Barma., ) БЕРЛАГЕ, Хендрик. (Berlage, Hendrik., 1856-1934) БЕРНИНИ, Джованни. (Bernini, Giovanni., 1598-1680) БЁРНХЕМ, Дэниел. (Burnham, Daniel., 1846-1912) БИНДЕНШУ, Рупертс. (Bindenschu, Ruperts., 1645-1698) БОВЕ, Осип. (Bove, Osip., 1784-1834) БОРРОМИНИ, Франческо. (Borromini, Francesco., 1599-1667) БОФФО, Франс. (Boffo, Frants., 1780-1867) БРАМАНТЕ, Донато. (Bramante, Donato., 1444-1514) БРУНЕЛЛЕСКИ, Филиппо. (Brunelleschi, Filippo., 1377-1446) БЭРРИ, Чарлз. (Barry, Charles., 1795-1860) ВАГНЕР, Отто (Wagner, Otto, 1841-1918) ВАЗАРИ, Джорджо. (Vasari, Giorgio., 1511-1574) ВАЛЬКОТ, Вильям. (Walcot, William., 1874-1943) ВАН АЛЕН, Уильям. (Van Allen, William., 1883-1954) ВАНМОЛИВАН. (Van Molyvann., 1926-) ВОРОНИХИН, Андрей. (Voronihin, Andrey., 1759-1814) ГАБРИЕЛЬ, Жак. (Gabriel, Ange-Jacques., 1698-1782) ГАРНЬЕ, Жак. (Garnier, Jean-Louis-Charles., 1825-1898) ГАРНЬЕ, Тони. (Garnier, Tony., 1869-1948) ГАУДИ, Антонио. (Gaudi, Antonio., 1852-1926) ГВАРИНИ, Гварино. (Guarini, Guarino., 1624-1683) ГЕРИ, Фрэнк. (Gehry, Frank., 1929-) ГЛАУБИЦ, Иоганн. (Glaubitz, Johann., 1700-1767) ГРАБАРЬ, Игорь. (Grabar, Igor., 1871-1960) ГРИНУЭЙ, Фрэнсис (Greenway, Francis, 1777-1837) ГРОПИУС, Вальтер. (Gropius, Walter., 1883-1969) ГЭНДОН, Джеймс. (Gandon, James., 1742-1823) ДАРЛИНГ, Фрэнк. (Darling, Frank., 1850-1923) ДЖАДД, Дональд. (Judd, Donald., 1928-1994) ДЖЕФФЕРСОН, Томас. (Jefferson, Thomas., 1743-1826) ДЖОНС, Иниго. (Jones, Inigo., 1573-1652) ДЖОНСОН, Филип. (Johnson, Philip., 1906-2005) ДЖОТТО, ди Бондоне. (Giotto, di Bondone., 1266-1337) ДОБРОВОЛЬСКИЙ, Анатолий. (Dobrovolsky, Anatoly., 1910-1988) ДОННЕР, Георг. (Donner, George., 1693-1741) ДУШКИН, Алексей. (Dushkin, Alexey., 1903-1977) ДЮШАН-ВИЙОН, Раймон. (Duchamp-Villon, Raymond., 1876-1918) ЖАНДАУЛЕТОВ, Дутбай. (Zhandauletov, Dutbaj., ) ЖИЛЯРДИ, Доменико. (Gilardi, Domenico., 1788-1845) ЖОЛТОВСКИЙ, Иван. (Zholtovsky, Ivan., 1867-1959) ЗАБОРСКИЙ, Георгий. (Zaborsky, Georgy., 1909-1999) ЗАХАРОВ, Андреян. (Zaharov, Andreyan., 1761-1811) ИКТИН. (Iktinos., ) ИМХОТЕП. (Imhotep., ) ИОФАН, Борис. (Iofan, Boris., 1891-1976) ИСИДОР из Милета. (Isidor from Miletus., ) КАЗАКОВ, Матвей. (Kazakov, Matvey., 1738-1812) КАЛЛИКРАТ. (Kallikrates., ) КАПУР, Аниш. (Kapoor, Anish., 1954-) КЕНТ, Рокуэлл. (Kent, Rockwell., 1882-1971) КИСЁ КУРОКАВА. (Kisho Kurokawa., 1934-2007) КОЛХАС, Рем. (Koolhaas, Rem., 1944-) КОРОЛЬ, Владимир. (Korol, Vladimir., 1912-1980) КРАМАРЕНКО, Виктор. (Kramarenko, Victor., 1945-) ЛАНГБАРД, Иосиф. (Langbard, Iosif., 1882-1951) ЛАНФАН, Пьер. (LEnfant, Pierre Charles., 1754-1825) ЛЕ КОРБЮЗЬЕ, Шарль. (Le Corbusier, Sharl., 1887-1965) ЛЕВИН, Леонид. (Levin, Leonid., 1936-2014) ЛЕОНАРДО ДА ВИНЧИ. (Leonardo da Vinci., 1452-1519) ЛИ ЛАВРИЕ. (Lee Lawrie., 1877-1963) МАНУЭЛ. (Manuel., ) МАРКАРЯН, Оганес. (Markarjan, Oganes., 1901-1963) МЕЛЬНИКОВ, Константин. (Melnikov, Konstantin., 1890-1974) МЕРОН, Пьер де. (Meuron, Pierre de., 1950-) МИКЕЛАНДЖЕЛО Буонарроти. (Michelangelo Buonarroti., 1475-1564) МИС ВАН ДЕР РОЭ, Людвиг. (Mies van der Rohe., 1886-1969) МОНФЕРРАН, Август. (Monferran, Avgust., 1786-1858) МУХАММЕД ибн-Атсыз ас-Серахси. (Mohammed ibn-Atsyz as-Serahsi., ) НИМАТУЛЛА, сын Бавваба. (Nimatulla, son Bawwab., ) НИМЕЙЕР, Оскар. (Niemeyer, Oscar., 1907-2012) ОСМОЛОВСКИЙ, Михаил. (Osmolovsky, Mikhail., 1904-1977) ПАРЛЕРЖ, Петер. (Parler, Peter., 1330-1399) ПАРУСНИКОВ, Михаил. (Parusnikov, Michael., 1893-1968) ПАССЕР, Арент. (Passer, Arent., ?-1637) ПЕППЕЛЬМАН, Даниэль. (Poppelmann, Daniel., 1662-1736) ПЕРРО, Клод. (Perrault, Claude., 1613-1688) ПИРСОН, Джон. (Pearson, John A., 1867-1940) ПОМЕРАНЦЕВ, Александр. (Pomerantsev, Alexander., 1849-1918) ПОСОХИН, Михаил. (Posokhin, Mikhail., 1910-1989) ПЭЙ, Йох Минг. (Pei, Ieoh Ming., 1917-) ПЭКСТОН, Джозеф. (Packston, Josef., 1801-1865) РАЙТ, Том. (Wright, Tom., 1957-) РАЙТ, Франк. (Wright, Frank Lloyd., 1867-1959) РАСТРЕЛЛИ, Бартоломео. (Rastrelli, Bartolomeo Francesco., 1700-1771) РАФАЭЛЬ. (Raphael; Raffaello Santi., 1483-1520) РИВЕРА, Диего. (Rivera, Diego., 1886-1957) РИМЛЯНИН, Павел. (Romanus, Paolo., ?-1618) РИЧАРДСОН, Генри. (Richardson, Henry Hobson., 1838-1886) РОССИ, Карл. (Rossi, Carl., 1775-1849) РУБАНЕНКО, Борис. (Rubanenko, Boris., 1910-1985) РУДНЕВ, Лев. (Rudnev, Lev., 1885-1956) СААРИНЕН, Элиель. (Saarinen, Eliel., 1873-1950) СААРИНЕН, Эро. (Saarinen, Eero., 1910-1961) СЕЙХУН, Хушенг. (Sejhun, Husheng., 1920-) СИМБИРЦЕВ, Василий. (Simbirtsev, Vasiliy., 1901-1982) СКОПАС. (Skopas., ) СОЛАРИ, Пьетро. (Solari, Pietro., 1445-1493) СУГИМОТО, Хироши. (Sugimoto, Hiroshi., 1948-) СЧАСТНАЯ, Нинель. (Schastnaja, Ninel., 1933-2013) ТАБЕТ, Антуан. (Tabet, Antuan., 1907-1964) ТОМА ДЕ ТОМОН, Жан. (Thomas de Thomon., 1760-1813) ТОН, Константин. (Thon, Konstantin., 1794-1881) ТОНЕВ, Любен. (Tonev, Ljuben., 1908-2001) ТРДАТ. (Trdat., ) УТЗОН, Йорн (Utzon, Jorn, 1918-2008) ФИДИЙ. (Pheidias., ) ФИШЕР, Дэвид. (Fisher, David., 1949-) ФОНТЕН, Пьер. (Fontaine, Pierre., 1762-1853) ФОСТЕР, Норман. (Foster, Norman Robert., 1935-) ХАДИД, Заха. (Hadid, Zaha., 1950-2016) ХЕРЦОГ, Жак. (Herzog, Jacques., 1950-) ХУНДЕРТВАССЕР, Фриденсрайх. (Hunderwasser, Fridensraih., 1928-2000) ЧЕЙМБЕРС, Уильям. (Chambers, William., 1726-1796) ЧЕРНИХОВ, Яков. (Chernikhov, Yakov., 1889-1951) ШЕХТЕЛЬ, Фёдор. (Shehtel, Fiodor., 1859-1926) ШЛЮТЕР, Андреас. (Schluter, Andreas., 1660-1714) ШПЕЕР, Альберт. (Speer, Albert., 1905-1981) ЩУСЕВ, Алексей. (Schusev, Alexey., 1873-1949) ЭЙФЕЛЬ, Густав. (Eiffel, Alexandre Gustave., 1832-1923) ЯМАСАКИ, Минору. (Yamasaki, Minoru., 1912-1986) СЧАСТНАЯ, Нинель СЧАСТНАЯ, Нинель СЧАСТНАЯ, Нинель. Вечерний Минск. 1974 г. СЧАСТНАЯ, Нинель. Вечерний Минск. 1974 г.

СЧАСТНАЯ, Нинель.

(Schastnaja, Ninel., 1933-2013) белорусский живописец, график, архитектор, заслуженный деятель искусств Республики Беларусь (2003 г.). Родилась в Полоцке. В 1954 г. окончила Минское художественное училище, в 1961 г. - Институт живописи, скульптуры и архитектуры им. Репина в Ленинграде (училась у В. Орешникова, А. Мыльникова, Б. Угарова, В. Деблера). В художественных выставках участвовала с 1961 г. Член Союза художников и Союза архитекторов Беларуси. С 1961 по 1965 гг. работала в области оформления интерьера в Душанбе. С 1965 г. жила и работала в Минске. Работала в жанрах портрета, пейзажа, в станковой и книжной графике, а также в области монументально-декоративного искусства. Творчеству Счастной присущи мягкость и лиризм мироощущения, оригинальность цветового видения, многослойная техника живописи, особенность и неповторимость почерка, стремление к эксперименту. Значительное место в творчестве занимала тема нераздельности человека и окружающей среды. Живописные произведения: "Ковровщицы" (1962 г.), "Белорусская девушка" (1966 г.), "Радуга" (1966 г.), "Под солнышком" (1966 г.), "Капель" (1970 г.), "Васильки" (1972 г.), "После смены" (1978 г.), работы, посвященные Великой Отечественной войне, "Одинокая" (1968 г.), "Налибокская пуща" (1975 г.), "Аблинга" (1977 г.), портреты И. Мележа (1970 г.), автопортрет (1970 г.), В. Дубовки (1973 г.), И. Шамякина и Тетки (А. Пашкевич, 1976 г.), А. Макаенка и М. Матуковского (1979 г.), М. Танка и А. Кулешова "У костра" (1980 г.), Р. Ширмы и П. Климука (1981 г.), Я. Купалы и М. Богдановича (1982 г.), Р. Басовской (1984 г.), М. Ладиса "Вернулся" (1985 г.), пейзажи "Бухара" (1963 г.), "1974 год в Минске" (1975 г.), "Ветры осенние (1977 г.), "Извечное" (1980 г.), "Мое рождение" (1981 г.) и др. Счастная автор графических работ: автолитографий "Портрет пулеметчицы М. Андреевой", "Одуванчик" (обе 1970 г.), "Лесная сказка" (1973 г.), "Иней" (1975 г.), "Ноктюрн" (1978 г.) и др. Оформила книги: А. Василевич "Калиновая рукавичка" (1963 г.), И. Бурсова "Матрешкины сказки" (1968 г.), белорусскую народную сказку "Пых" (1966 г.), Н. Галиновской "Разговор снежинок", Д. Бичель-Загнетовой "Рыжая полянка" (1971 г.), Н. Федоровича "Крылья" (1973 г.), А. Лойки "Про деда Аяяй и бабу Оёёй" (1983 г.) и др. (оформила более тридцати книг). Выполнила росписи на фасаде НИИ стройматериалов (1966 г.) и в кафе "Планета" (1967 г.), витражи в ресторане при гостинице "Свислочь" (1978 г.), в производственном объединении "Горизонт" (1982 г.) в Минске и др. Счастная занималась станковой графикой, росписью зданий, мозаикой, витражами, керамикой и стеклом, разрабатывала и выполняла интерьеры и малые формы. Она укоренила новый вид живописи на стекловолокне, экспериментальные витражи (полимеры из стекла) и создала особенную многослойную манеру живописи. Художница разработала уникальные витражи, которые были названы "пространственными композициями из металла и стекла с искусственным освещением". С выставками, которых было более пятидесяти, Счастная объездила полмира. Многие работы художницы находятся в музеях, галереях и частных коллекциях. Счастная оставила в истории белорусской культуры яркий след.

ARTinvestment.RU: новости искусства

www.artdic.ru

«Я пишу прикосновением красок», – — Светлагорскiя навiны

говорит Заслуженный деятель искусств Беларуси Нинель Счастная, выставка произведений которой открылась в картинной галерее «Традиция» имени Германа Прянишникова.И действительно, многие картины Нинель Ивановны будто сотканы из отдельных капелек красок. Многослойность цветовой гаммы способствует ощущению воздушности сияния, подвижности. Вдруг удивленно замечаешь, что в них есть объем, но нет линий. Вот почему ее произведения вроде бы возникают из воздуха и исчезают в нём. Кажется, что они и написаны на… воздухе.В 1998 году, когда она впервые приехала со своей выставкой в Светлогорск, я высказал ей это ощущение. Она снисходительно улыбнулась в ответ: «Каждый художник должен делать то, чего нет. Только тогда он не рискует быть вторичным». Время подтвердило, что своими творческими принципами Нинель Счастная не поступилась ни в одном из 23 произведений, представленных на этой выставке.«Лада слушает…» –  называется один из портретов. И даже если бы не было этой подписи, чувство сосредоточенного благожелательного внимания передано с такой психологической точностью, что снова думаешь о магической силе мастерства знаменитой художницы. Просветленное настроение исходит от этой картины. Оно не только в одухотворенной красоте девушки, но и в целомудренно белом пространстве цветов, которые фрагментарно выявляют что-то более значительное, чем то, что видим. Поэтический подтекст? Да, в произведениях Нинель Счастной он присутствует всегда. Написать то, что не написано, – это уже сверхталант и сверхмастерство.И они целиком проявились в  психологически точном настроении автопортретной импровизации  «Уходят…». Радужный вихрь воздуха, в котором, молитвенно сложив руки, взволнованная женщина смотрит вслед тем, кто уже исчез за границами картины. Даже в  иллюстративной, на первый взгляд,  картине «Еще одна весна моего отца» вдруг замечаешь в фигуре садовника такую характерность, что невольно думаешь, с каким трудом достаются ему эти вёсны. Но, стоя у яблони, некогда посаженной им, он и сам будто растет, тянется в весеннее небо.Убедительный контраст легкости с тяжестью – жизненный исконный символ. Одними, пусть себе и чудодейственными, прикосновениями красок этого не сделаешь. Необходим божественный талант, который помог Нинель Счастной   стать самой знаменитой художницей Беларуси.Напомним, что родилась она в старинном Полоцке, почетной гражданкой которого, кстати, является. Окончила Минское художественное училище, а затем и Ленинградскую Академию искусств (институт имени Репина). Произведения ее с признательностью воспринимались в Минске, Москве, Смоленске, Гродно, Витебске, Полоцке, Бресте, Несвиже, Познани, Белостоке, Франкфурте-на-Майне… И вот – снова в Светлогорске.А в соседнем зале галереи одновременно экспонируются 26 произведений ее дочери Лады. К большому сожалению, это ее посмертная выставка. Воспитанница Минского художественного училища, она закончила и Белорусский театрально-художественный институт, но больше всего, по-видимому, училась у матери. И преемственность эта хорошо ощущается. Та же праздничность красок, то же отличное мастерство психологически точных портретных воплощений. Каждое из них тоже с подтекстом: «Отвернулся…», «Портрет друга», «Перечитывая Оскара Уайльда», «После праздника»…  Она стремилась написать не просто портрет певицы, но и ее голос, передать красками ощущение ожидания («В ожидании тебя»). Творческое наследие этой чрезвычайно талантливой художницы требует отдельного разговора.Более чем 40 персональных выставок на творческом счету Нинель Счастной, а такая – совместная с дочерью – одна из первых.Изяслав Котляров.

На снимке: Нинель Счастная — «Нелли, Лада, Ника».

Если вы нашли опечатку, пожалуйста, сообщите нам. Выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl + Enter.

sn.by

Выставка произведений Нинель Счастной, посвященная памяти художницы

Окончание: 23.11.2014

Выставка произведений Нинель Счастной, посвященная памяти художницы, в Художественной галерее в ПолоцкеС 6 по 23 ноября в Художественной галерее Национального Полоцкого историко-культурного музея-заповедника работает выставка произведений Нинель Ивановны Счастной, посвященная памяти художницы.

Для нашего города имя Нинель Счастной особенно близко и дорого – здесь она появилась на свет, начала свой творческий путь и навсегда оставила часть своей души. Сегодня в залах Художественной галереи открыта расширенная экспозиция произведений художницы, которая включает в себя коллекцию живописных и графических работ из фондов Национального Полоцкого историко-культурного музея-заповедника, а также часть работ, переданных ею родному городу в память о себе.

Творчеству Нинель Счастной свойственны одухотворенность и глубокий философский смысл. Живопись для неё — это постоянный эксперимент, испытание своего профессионального, творческого и эмоционального потенциала, желание проникнуть в неизвестное.

За годы творческой деятельности ею были проиллюстрированы более 30 изданий художественной литературы. Среди них книги А. Василевич "Калиновая рукавичка" (1963 г.), И. Бурсова "Матрешкины сказки" (1968 г.), белорусская народная сказка "Пых" (1966 г.), Н. Галиновской "Разговор снежинок", Д. Бичель-Загнетовой "Рыжая полянка" (1971 г.), Н. Федоровича "Крылья" (1973 г.), А. Лойки "Про деда Аяяй и бабу Оёёй" (1983 г.) и др. Лучше всего ей удавались поэтические сборники и книги, адресованные детям. Как художник-иллюстратор она умела тонко передать внутренний мир детей, понять и отразить не только смысл сказки, но, самое главное, увидеть эту сказку глазами ребенка.

Нинель Счастная много работала в технике литого фактурного витража. Несмотря на сложный и тяжелый технологический процесс, она от начала и до конца все делала своими руками. В 70-е годы Нинель Ивановна разработала уникальные витражи, одиннадцать из них включены в государственный реестр историко-культурных ценностей Республики Беларусь и охраняются государством.

Сегодня произведения Нинель Счастной находятся в экспозиции Национального Художественного музея Республики Беларусь, галереях и частных коллекциях как нашей страны, так и за рубежом. В родном городе Полоцке ее работы можно увидеть в постоянной экспозиции Художественной галереи, в аудиториях историко-филологического факультета Полоцкого государственного университета, на выставке-экспозиции в Центре ремесел и национальных культур.

Нинель Ивановна Счастная всегда была свободной личностью, и в жизни, и в творчестве, делая то, что считала нужным, оставив в истории белорусского искусства яркий след.

Дополнительную информацию о музее можно посмотреть на странице gallery.polotsk.museum.by.

museum.by


Evg-Crystal | Все права защищены © 2018 | Карта сайта