Эндрю Майерс делает картины из шурупов. Картины из шурупов


Эндрю Майерс делает картины из шурупов

Зимой прошлого года в Сан-Диего в галерее А. Салазара прошла первая выставка удивительных картин американского художника и скульптора Эндрю Майерса.

На этой выставке можно было увидеть 3 больших портрета и 5 маленьких картин. Все творения были выполнены на листах фанеры. Художник для начала делает набросок карандашом, затем начинает завинчивать в фанеру шурупы. Основная цель Майерса придать плоскому рисунку объем, для создания этого эффекта он придумал специальную технику, которую тщательно скрывает. На выставке художник продал все маленькие картины и теперь делает портреты по заказу.

Живет Эндрю Майерс в городе Лагуна Бич, штат Калифорния. Идея создания объемных картин из шурупов возникла у него, когда он работал в церкви 2 года назад. Майерс делал барельеф, на котором изображалась святая Катерина, и решил создать нечто подобное, используя шурупы.

В 20 лет Мейерс поступил в художественный Институт Южной Калифорнии, причем удалось ему это без наличия регулярного образования в этой области, все, что у него было – это талант, который он подтвердил приемной комиссии, показав свое портфолио.

Эндрю Мейерс улучшал свои навыки в области скульптуры и живописи. За те 2,5 года, что он там проучился, у него появился собственный художественный стиль. Вера в себя, стремление к творчеству и любовь к экспериментам дали ему большой творческий толчок к началу собственной уникальной работы. Оригинальность и необычность его картин сделали Эндрю Майерса известным на всю страну.

Занимаясь картинами из шурупов, он не перестал работать над общественными проектами, которыми занимался ранее.

По признанию художника на создание одного портрета у него уходит примерно 2-3 дня и 7-8 тысяч шурупов. Стоит отметить, что Эндрю Майерс в своей работе не пользуется компьютерами, все этапы создания картины он держит в голове, лишь только размечая карандашом основные линии изображения.

Шурупы очень интересный и в то же время простой материал, с их помощью можно получать любые объемные изображения. Вкручивая в фанеру шурупы на разную глубину, художник передает контуры лиц и оттенки цветов. Такая работа требует много сил и терпения. Создавая картины с помощью обычного шуруповерта, Эндрю Майерс хотел привлечь внимание к искусству обычных людей, которые привыкли посещать не картинные галереи, а хозяйственные магазины.

nevozmozhnogo.net

Картины из шурупов - Просто интересно

Американский художник Эндрю Майерс (Andrew Myers) создает 3D-портреты людей из шурупов.

Американский художник Эндрю Майерс (Andrew Myers) создает 3D-портреты людей из шурупов.

Картины из шурупов

Картины из шурупов

Эндрю Майерс получил образование в художественном институте Южной Калифорнии, живет и работает в городе Лагуна Бич, штат Калифорния. Создавая три года назад барельеф с изображением святой Катерины в церкви, Майерсу пришла в голову мысль создания 3D портретов из необычных материалов. Художник выбрал шурупы.

Картины из шурупов

«Мне понравилась идея использовать шурупы из-за индустриального аспекта и резкости, которая исходит при использовании этого материала», рассказал художник о своей работе журналистам.

Картины из шурупов

На создание одного портрета автор тратит два-три дня и до десяти тысяч шурупов. Эндрю берет лист фанеры, делает набросок портрета простым карандашом, а затем начинает на разную глубину вкручивать шурупы, превращая плоский рисунок в объемный шедевр.

Эндрю Майерс активно участвует в национальных и международных художественных выставках. Его картины украшают профессиональные журналы и охотно раскупаются.

Картины из шуруповКартины из шуруповКартины из шуруповКартины из шуруповКартины из шуруповКартины из шуруповКартины из шурупов

Вы на этом блоге недавно, если вам нравятся материалы блога, подпишитесь на RSS ленту или получайте новые записи на E-mail. Также посмотрите наши 100 лучших записей. Спасибо за визит!

prostointeresno.com

Художник Эндрю Майерс. Картины из шурупов

Эндрю Майерс (Andrew Myers) создает трехмерные картины из саморезов, ввинчивая их на разную глубину. Все расчеты и наметки он делает вручную, без помощи компьютера. Говорит, что его творение все равно что скульптура, имеет форму и объем, с которыми он и работает. Если коротко, можно объяснить так – он размещает рисунок на поверхности, при помощи сетки намечает точки — места вкручивания и «ключевые» точки – например, кончик носа, глаза и т. д. Отверстия нужно просверлить так, чтобы шуруп стоял строго перпендикулярно поверхности, не наклоняясь. Фон картинам обеспечивают страницы телефонных справочников.

">

Американский художник Эндрю Майерс (Andrew Myers) создает 3D-портреты людей из шурупов.Картины из шурупов (11 фото)

Эндрю Майерс получил образование в художественном институте Южной Калифорнии, живет и работает в городе Лагуна Бич, штат Калифорния. Создавая три года назад барельеф с изображением святой Катерины в церкви, Майерсу пришла в голову мысль создания 3D портретов из необычных материалов. Художник выбрал шурупы.

«Мне понравилась идея использовать шурупы из-за индустриального аспекта и резкости, которая исходит при использовании этого материала», рассказал художник о своей работе журналистам.

На создание одного портрета автор тратит два-три дня и до десяти тысяч шурупов. Эндрю берет лист фанеры, делает набросок портрета простым карандашом, а затем начинает на разную глубину вкручивать шурупы, превращая плоский рисунок в объемный шедевр.

Эндрю Майерс активно участвует в национальных и международных художественных выставках. Его картины украшают профессиональные журналы и охотно раскупаются.

Фотографии в альбоме «Художник Эндрю Майерс. Картины из шурупов.», автор Алексей на Яндекс.Фотках

Спасибо за ваши комментарии!

Дорогие, друзья и ПЧ, чтобы сказать СПАСИБО, достаточно нажать на кнопку "НРАВИТСЯ"!

kolybanov.livejournal.com

Шуруповерт и саморезы - инструменты художника / Современное искусство / Культ / МодноНемодно.ру

Эндрю Майерс (Andrew Myers) – единственный в своем роде творец: он создает свои трехмерные картины из … шурупов – саморезов, ввинчивая их на разную глубину; он, в прямом смысле, привинчивает изображение к полотну.

Шуруповерт и саморезы - инструменты художника — фото 1

Что интересно, мастер все расчеты и наметки делает вручную, без помощи компьютера. Он говорит, что его творение сопоставимо со скульптурой, имеет форму  и объем, с которым он и работает. Если коротко, можно объяснить так – он размещает рисунок на поверхности, при помощи сетки намечает точки — места вкручивания и «ключевые» точки – например, кончик носа, глаза и т.д. Отверстия нужно просверлить так, чтобы шуруп стоял строго перпендикулярно поверхности, не наклоняясь. Фон картинам обеспечивают страницы телефонных справочников.

Шуруповерт и саморезы - инструменты художника — фото 2

Работы Эндрю Майерса

На «завинчивание» первой работы Эндрю Майерс (Andrew Myers) потратил полгода. Начинать всегда трудно: много вопросов возникает в процессе работы. Вначале мастер сомневался, нужно ли делать пометки для каждого винта (а учитывая, что в картине их от 6 до 10 тысяч, вопрос оказывается действительно важным), затем искал способ, как удалить пометки из-под уже ввинченных шурупов. Способ он нашел, но открывать секрет не торопится.

Шуруповерт и саморезы - инструменты художника — фото 3

Шуруповерт и саморезы - инструменты художника — фото 4

Сейчас средняя стоимость его картины около $35,000, но мастер утверждает, что работает не только ради денег. Он говорит, что к нему в мастерскую приходит молодежь, которая не любит ходить в галереи и на выставки, и он рад, что с его помощью они приобщаются к искусству. Среди его поклонников есть слепые люди, которым «любуются» его картинами руками.

Шуруповерт и саморезы - инструменты художника — фото 5

monemo.ru

Картины из шурупов от Andrew Myers

Вот уже пять лет американский художник и скульптор Andrew Myers (Эндрю Майерс) творит удивительные картины из шурупов и фанеры.

Картины из шурупов-1

В 2011 году в галерее А. Салазара в городе Сан-Диего (США), с успехом прошла первая выставка художника Эндрю Майерса где он представил публике три больших портрета и пять картин. После выставки пять небольших картин были проданы и художнику стали поступать заказы на изготовление новых портретов и картин.

Все творения художника выполнены на листе фанеры в которую особым способом вкручены обычные шурупы, которые продаются в хозяйственных магазинах. Вначале Эндрю делает эскиз набросок карандашом, а затем приступает к завинчиванию шурупов по изображенному рисунку. Самым интересным моментом в процессе работы и цель художника — это сделать рисунок объемным. Для этого у него есть своя секретная техника, которую Эндрю держит в секрете и раскрывать пока не намерен. На среднюю по размерам картину у художника уходит примерно 2-3 дня и почти 7-8 тысяч шурупов. При этом для создания портретного образа Эндрю никогда не пользуется компьютером и специальными программами. Всю идею, образ и этапы создания картины художник держит в голове.

Картины из шурупов-3 Картины из шурупов-4 Картины из шурупов-5 Картины из шурупов-6

При близком и тщательном осмотре картины видно, что шурупы вкручены в фанеру на разную глубину, что и придает портрету объем, а разные цветовые и теневые оттенки рисунка достигаются при помощи небольшой подкраски кистью и карандашами шляпок шурупов. Эта техника требует не мало терпения и физических сил.

Картины из шурупов-7 Картины из шурупов-8 Картины из шурупов-9 Картины из шурупов-11

Эндрю Майерс в 20 лет поступил в художественный Институт Южной Калифорнии, причем это удалось ему с легкостью, как только он продемонстрировал приемной комиссии свой талант и подготовленное портфолио. Проучившись два с половиной года в институте у Эндрю появился свой отличительный художественный стиль. Большой талант, мастерство, стремление экспериментировать, и невероятная любовь к художественному творчеству сделали его знаменитым на своей родине и известным, и узнаваемым во всем мире.

Живет и работает художник в Лагуна Бич, штат Калифорния. Первая мысль и идея на создания портрета из шурупов пришла Эндрю в то время, когда он работал над барельефом святой Катерины для церкви. Создавая свои картины, художник хотел привлечь внимание к своему творчеству простых людей, которым наверняка будет интересна идея, что можно сделать из обычной фанеры и шурупов. По сути это настоящее произведение искусства, способное удивить любого скептика, непросвещенного и далекого от искусства человека.

Картины из шурупов-10

Поделиться "Картины из шурупов от Andrew Myers"

allfreefoto.ru

Картины из шурупов художника Эндрю Майерс (Andrew Myers)

Американский художник Эндрю Майерс (Andrew Myers) удивляет ценителей современного искусства созданием 3D-портретов людей из обыкновенных шурупов.

(13 фото)

Эндрю Майерс получил образование в художественном Институте Южной Калифорнии, живет и работает в городе Лагуна Бич, штат Калифорния. Создавая три года назад барельеф с изображением святой Катерины в церкви, Майерсу пришла в голову мысль о создании 3D портретов из необычных материалов. Художник выбрал саморезы. «Мне понравилась идея использовать саморезы из-за индустриального аспекта и резкости, которая исходит при использовании этого материала», рассказал художник о своей работе журналистам.

На создание одного портрета автор тратит 2-3 дня и до десяти тысяч шурупов. Эндрю берет лист фанеры, делает набросок портрета простым карандашом, а затем начинает на разную глубину вкручивать шурупы, превращая плоский рисунок в объемный шедевр.

1.

2.

3.

4.

5.

 

1 2 3  Следующие 5 фото >>

creativing.net

комиксы, гиф анимация, видео, лучший интеллектуальный юмор.

Глава 22 «ошибка Прометея»

предыдущая глава

фикбук

группа ВК с новостями

(разбил одну главу надвое, так что первая её часть оправданно может показаться отсосной)

      Снова обитель кибернетиков. Прикольно, на входной двери кто-то уже нацарапал гвоздём «Мику — дура». Стучать никакого смысла нет — если эти двое заняты чем-то архиважным, то вторжение наверняка будет проигнорировано. Скажу прямо — взваливать на себя подготовку опыта мне совсем не хотелось, особенно если учесть тот факт, что мне угрожают кровавой расправой в случае неудачи. Но Анна остро нуждается в рекреации и кроме меня подменить её некому. Она гораздо более хрупкая, чем хочет казаться. Не представляю, что бы с ней было, попади она в это место одна. Впрочем, насчёт себя иллюзий тоже питать не приходится — кабы не сестра, поддерживающая тонус целебными подзатыльниками, шатался бы по лагерю с разинутым ртом, а то и вовсе в Москву сорвался по дурости. По сравнению с первым моим визитом, мастерская кардинально переменилась. Тут был наведён тотальный, я бы даже сказал образцовый порядок — на стенах агитплакаты, под потолком модели планеров, инструмент на стендах рассортирован и распределен по назначению и калибру. Даже на полу ни соринки. Почти стерильное помещение. Картину портила разве что поверхность стола, на которой, накрытое плотной белой простынёй, лежало что-то неопознанное и больше всего напоминающее тело в морге. Вокруг «тела» были разложены всевозможные радиодетали и конструкционные элементы. Над инсталляцией коршуном нависал Шурик. Сыроежкина, увы, на месте не было.

 — Нет, — огорчённо обронил, Шурик — так не получится, нужно опять облегчать конструкцию. Но как? Мы и так уже свинтили всё, что возможно! — А если, — наугад ляпнул я, — всадить квантовый гармонизатор в фотонно-резонаторную камеру? — К чему тут гармонизатор? — смутился сбитый с панталыку изобретатель, оторвавшись от дела. — А, это ты… — Салют, Шура, — приветствовал я его, — а мне бы… — Машинку я ещё не смотрел, не до того, — не отвлекаясь от работы пробормотал юный техник. Эх, знал бы ты, над чем мы сейчас с Сергеем голову ломаем… — Да я про другое. — Я бросил взгляд на вчера принесённую печатную машинку, одиноко стоящую на выделенной для неё полке, затем для уверенности ещё раз окинул взглядом мастерскую. — У вас диктофона тут нет случаем? — Диктофона? — переспросил Шурик. — Ну, или другой звукозаписывающей аппаратуры какой. Завтра верну. — Не знаю, — бросил Шурик, крутя в руках небольшую электронную плату и пытаясь выдернуть из неё какую-то особо мелкую деталь. — Зар-раза… Но вообще, если есть, то мы его на запчасти разобрали скорее всего — заграничная вещь, надёжная. У Сыроежкина надо спрашивать, он у нас по хозяйственной части. — Ясно. А куда он, кстати, делся? — За запчастями, должно быть, вышел. Расходников в кружке недостаёт, так что приходится выкручиваться… — несчастная деталь наконец оторвалась, правда, не целиком. — Ч-чёрт, опять двадцать пять… Ага, или выкручивать. Не то, чтоб я жаловался, но в ходе вчерашнего рейда в подземелья мы с Анной и Славей недосчитались порядочного числа светлых моментов в своих жизнях. Выбирать не приходится — подождём Электроника.

 — Так что, док, — я обошёл операционный стол и стал разглядывать собранный ещё динозаврами осциллограф, — над чем работаете? — Секрет, — Шурик продолжал ковырять плату, — пока что. — Робота что ли строите? — усмехнулся я безо всякой задней мысли — ну не машину же времени, в самом деле! — Откуда ты… откуда ты знаешь?! — Шурик испуганно замер и посмотрел на меня. Его брови, тем временем, продолжали движение вверх. — Угадал, — признался я, на самом деле удивиляясь не меньше него. Эти двое всерьёз строят робота?! В пионерлагере?! Ну, миледи, это уже булычёвщина какая-то. Это только в мультфильмах молодой учёный способен из подручных материалов собрать на коленке андроида или установку, позволяющую прогуляться по Москве времён Ивана Грозного. Ну и санаторий, блин, чудеса сплошные. — Ну Ульяна! — грозно воскликнул профессор, — просил же молчать. Ничего больше не получит! — Да я правда догадался, Шур, — попытался я успокоить его, — да и кто этой занозе поверит? Мало ли, что она болтать будет. — Д-да? — неуверенно проговорил изобретатель, успокоившись, — А-а-а ты не мог бы тоже не распространяться? Тут дело очень секретное, сам должен понимать… — Можешь на меня положиться. Шурику устного обещания хватило и кивнув, он опять ушёл в работу.

 — Я отчего про робота подумал, — продолжил я, — у нас ведь тоже в доме пионеров любители имеются. Совпадение вышло. Прогресс, правда, у них небольшой, пока отдельные узлы испытывают, да на компьютере что-то считают. — Зачем ты это рассказал? — Условия сравнять. Можешь воспользоваться этой информацией в своих целях, если я выдам твой секрет.

 — А у них робот какого типа? — спросил Шурик после продолжительной паузы. — Мобильный или стационарный? — Откуда я знаю? — хмыкнул я. — Эти тоже секретничают. — Наверняка стационарный, — с важным видом объявил Шурик, — промышленные роботы нужнее всего пока. Вот перейдём на автоматизированное производство, а там и до коммунизма рукой подать. Ясно-понятно, ещё один мечтатель. Вот сейчас как построит свою чудо-машину, как поможет человечеству рывок совершить, а послезавтра уже, глядишь, как в стенгазете — кольца Юпитера вместо целины осваиваем. Только не выйдет так, друг. Бедняга Эйнштейн за голову схватился, когда узнал о бомбах, сброшенных на Японию. А Фон Браун, грезивший Луной? Сколько его ракет в итоге до шестьдесят девятого года упали на Лондон? Сколько их могло полететь через Атлантику в шестьдесят втором? А ты о коммунизме мечтаешь. Нет, не выйдет так, опять споткнёмся об кочку раздора и какой-нибудь идиот снова бросит новые технологии к алтарю разрушения. Давно эта привычка завелась у человека — с тех пор, как первобытные охотники огонь освоили. Да, Прометей, спору нет, огонь нас согрел, но обрати свой взор на Землю повторно! Понравится тебе то, что ты увидишь? Ради этого ты крал огонь из кузницы Гефеста? Огонь обжигает, Прометей. Смертным хватает ума не обжигать самих себя, но не всякому смертному хватает мудрости, чтоб не обжигать других. Может, стоит сделать небольшую прививку от оптимизма? Нет, пожалуй, не буду лезть. Шурик парень образованный, пусть сам разбирается. В конце концов, в тот же карибский кризис до взаимного обмена подарками дело не дошло.

 — Получается, — заговорил я, выдержав паузу, — у вас конкуренты завелись. — Не конкуренты они нам, — опроверг мою новую догадку профессор, — у нас с Сергеем робот совсем другой, мобильный! — А как же коммунизм? — растерялся я. — Промышленных роботов уже вовсю и без нас делают, — пояснил Шурик. — Вот представь себе робота, который способен работать в опасных или труднодоступных для человека условиях. Типа луноходов. — А ещё можно гуманоидного робота сколотить, — скривившись, я кивнул в сторону покрывала. — Верно, — согласился Шурик, — человекоподобные роботы тоже пригодятся. Например, — он задумчиво нахмурился, — можно будет обучить такого робота выполнять работу младшего медицинского персонала или организовать почтовое отделение. Роботы-секретари… роботы-солдаты! А люди смогут уделять время другим областям, в которых автоматизация не оказывает такого влияния…

 Нет, это уже выше моих сил. Не хочу подражать Анне, но этот высокоинтеллектуальный идиот нас всех поубивает! — Ну вот что, — вздохнул я, — вопрос человекоподобных роботов в армии пока опустим, но ты действительно хочешь заставить роботов убивать? — Не совсем. Это ведь не односторонний процесс, рано или поздно все армии перейдут к использованию беспилотных образцов техники и применению роботов-пехотинцев. Ведь это лучше, чем отправлять на войну живых людей. Гуманнее, в конце концов. — Лучше, вот только не будет такого, — я сдержанно кивнул, но внутри меня всего трясло от нахлынувшего изумления. Как?! Как можно не замечать очевидную ошибку?! Ладно, сейчас просветим по-чапаевски. — Вот смотри, — я схватил стоявшую рядом коробку с шурупами и начал расставлять их в два ряда друг напротив друга, — каждый такой шуруп это условный человек. На старте обе армии состоят из одних людей. Моделируем боевые действия между ними. Что получаем на выходе? — Одна сторона побеждает, но люди гибнут. — Верно, — я убрал одну из «армий» обратно в ящик и выстроил на их месте роту из другого ящика — с такими же как тот, что пытался вытащить Шурик, конденсаторами. — А теперь наступает мирное время и командование одной из сторон приходит к выводу, что может сберечь людей, если на следующей войне их заменят электронные бойцы с кремниевыми мозгами. И вторая армия, — я повторил операцию с другой армией, — проводит такую же модернизацию. — Ну вот! — торжествовал Шурик. — И потом начинается новая войнушка, — продолжил я. — Люди вроде бы не гибнут, вместо них генералы гробят кучу дорогой электроники. Долго ли, коротко ли, это приводит к тому, что из-за множества факторов одна сторона, выбив достаточно боевых единиц у противника начинает понемногу теснить другую. Что будем делать? — Так надо построить новых роботов! — А завода по производству роботов больше нет, — развёл я руками. Диверсия на линии автоматической сборки. На восстановление уйдёт три месяца, которых противнику позашиворот хватит для успешного завершения компании. — Тогда их можно собирать вручную, — предложил кибернетик. — Нельзя, — отрезал я. — Человек не может обеспечить нужную скорость и точность сборки, да и стоимость ручного труда… Тем временем, противник продолжает продвижение вглубь территории. Что. Будем. Делать? — Не знаю, — Вид у Шуры был совсем обескураженный. — Товарищ генерал, — приложил я руку к голове, — у нас тут на складах куча экипировки с прошлой войны осталась, а народ уже сам в партизаны идти готов! И разве красивые слова о бескровной войне не забываются при соблазне получить преимущество? И вот спасённые тобой солдаты вновь добровольно маршируют на фронт бок о бок со своими новыми железными товарищами. И вряд ли противник станет долго тянуть с такой же мобилизацией. — Но ведь если отказаться от внедрения роботов… их всё равно внедрят другие! Тогда у нас вообще не будет шансов, — нашёлся обескураженный изобретатель. — Справедливо, — заметил я. — А у меня есть дикая идея. Пусть и они откажутся от них. — Но это же невозможно! — воскликнул Шурик. — Они не станут осознанно предоставлять нам преимущество! — Какое преимущество? — Наличие армии роботов! — Так мы же от неё отказались, — усмехнулся я. — А вдруг не отказались? Что если отказались только на словах, а сами в это время разворачиваем производство на секретных заводах? — Шурик никак не унимался. На колу мочало… Попробуем с другого края зайти. — Шура, вот представь, что у тебя есть стальной прут. И ты можешь меня им ткнуть. — Зачем мне в тебя тыкать? — смутился он. — А в качестве самообороны. Ведь у меня есть… да хотя бы камень в кармане. И этим камнем я буду отбиваться, если ты полезешь ко мне со своей арматуриной. А теперь, внимание — фокус! Я выбрасываю камень в реку! Твои действия? — А если у тебя в кармане есть ещё один камень? — Шурик не унимался. — Я что, по-твоему, маньяк? Делать мне нечего, кроме как кидаться в людей камнями. — Но мне откуда знать, может ты обманом меня заставил разоружиться? — Тебе не кажется, что это очень тупой план? Чего я добьюсь, если в самом деле на это рассчитываю? Ни один здравомыслящий генерал не поверит в искренность моих намерений. — Вот видишь! Об этом я и говорю! Почему я должен тебе верить? — Потому что мы оба умные люди и понимаем, что дальнейшее наращивание вооружений до добра не доведёт?  Шурик надолго замолчал, обдумывая услышанное. — Мне кажется, твой аргумент не слишком убедителен, — наконец разродился он. Всеобщее разоружение это, очень здорово, но человечество всё ещё слишком разобщено и до реализации данной идеи в полной мере пока не доросло. — Но ты же понимаешь, что вопрос гонки вооружений становится всё острее! — вспылил я. — Твоё изобретение — прямое тому доказательство! Люди тысячелетиями изобретают всё более эффективные способы убийства себе подобных и ты слепо продолжаешь дело той обезьяны, что размозжила камнем череп соседа! — Пожалуй, — согласился профессор. — Но единственная пока что альтернатива этому — стагнация и регресс. Любая страна, не желающая содержать свою армию всё равно обречена содержать таковую, но уже чужую. С этим ничего не попишешь. Может быть, в будущем это и изменится, но до тех пор, другого выхода нет. Теперь уже задумался я. По всему выходило, что Шурик прав, но я прекрасно помнил, что в моём времени вполне себе нормально существовали государства, полностью, либо частично отказавшиеся от содержания собственных вооружённых сил. Разумеется, гигантов вроде СССР среди них не было, да чего уж там душой кривить, самыми крупными из таких были, наверное, Япония и Исландия. Но даже если так, против кого держат такие группировки такие политические гиганты как Франция и Германия? До крушения социализма их ещё можно было понять, но теперь? Для совместных разборок в какой-нибудь глуши вроде того же Афганистана им хватило бы и десятикратно меньших сил, а развязывать новое «кто кого» на континенте им попросту невыгодно. Да и с кем им там махаться-то? С Россией? Не смешите. В общем, — подытожил я, — история нас рассудит, а до тех пор, оставим вопрос открытым. — Обя-зательно, — процедил Шурик, снова пытаясь отковырнуть что-то от платы. Я просидел, следя за работой кибернетика где-то с час. Больше говорить мы не пытались. Шурику вполне хватало возни с роботом, а я продолжал размышления. В общем и целом выходило, что армия в ближайшей перспективе ни нам, ни Европе не так уж и нужна будет. А если принять во внимание, что в этом мире Союз, судя по рассказам о культурных обменах от того же Электроника, не очень горит желанием устраивать мировую революцию, чем тот, что я помнил из уроков истории, а склонен скорее к сотрудничеству нежели давлению соседних режимов танками. Да хотя бы Мику взять! Чёрта с два я бы поверил в таких посланцев из проамериканской Японии, если б своими глазами не увидел! Короче, мне было совершенно неясно, с кем собрался воевать Шурик. Неожиданно я поймал себя на том, что зеваю и клюю носом. Атмосфера мастерской действовала на меня усыпляюще. Ну что ж, переубедить профессора мне всё равно не удалось, а оставаться в мастерской и молча тухнуть в ожидании Электроника, теряя при этом время — тоже не вариант, так что пойду, прошвырнусь по лагерю. Может, случайно и наткнусь на решение проблемы с диктофоном. В любом случае, тут ловить пока нечего. — Ладно, пойду пожалуй, — встав и потянувшись обратился я к Шуре, — передай Электронику, когда он заявится, что я его ищу. А пока что будет здорово, если ты всё-таки как следует подумаешь обо всём, что мы тут наспорили. И учти, если меня однажды убьёт покрашенный в хаки андроид, я буду винить в этом тебя. — Непременно, — не отрываясь от работы проговорил Шурик, — вот только… Но я уже закрыл за собой дверь.

 Ну-с, есть ли у вас план, мистер Фикс? До сумерек времени пока хватает, но оно не бесконечно, а у меня до сих пор разбитое корыто только и есть. Если прикинуть варианты, то план был. Даже целых два. Первый — пойти и задать вопрос вожатой в лоб — а не завалялось ли у неё лишнего диктофона, а если нет, то у кого завалялось. Ах да, она же урулила куда-то. Ладно. Второй — вернуться к Шурику и уговорить его бросить свою машину судного дня и помочь мне изготовить к закату нужный агрегат. Ну и третий до кучи — сестра вернётся и сделает мне капут. Ну уж нет, мистер Фикс, думаем дальше. Можно пойти вызволять Электроника из подземелий — это раз. Можно опросить вообще всё население. А ещё можно… можно прикинуть, у кого вообще есть смысл диктофон тащить с собой в лагерь. Пора прекращать так безбожно тупить! Стыдоба. Я проиграл на повторе комментарий Шурика насчёт диктофона и понял, что источник импорта на ближайшие несколько десятков километров есть только один. Этот вариант и примем к исполнению.

joyreactor.cc


Evg-Crystal | Все права защищены © 2018 | Карта сайта